Articles / Статьи

Shchebetenko S.A. (2016). Online Social Network Users’ Attitudes toward Personality Traits Predict Behaviour of their Friends. National Psychological Journal. 4, 34-44. / Щебетенко С.А. Установки на черты личности как предиктор активности «друзей» пользователя социальной сети «Вконтакте». // Национальный психологический журнал. – 2016. – № 4(24). – С. 34-44.

По мере того, как социальные сети становятся все более естествен­ной частью нашей повседневной жизни, исследовательский интерес к по­ведению их пользователей также становится все более устойчивым. В масштабе всемирной паутины интернета безуслов­ным лидером и, как следствие, основ­ным объектом внимания ученых, многие годы остается Facebook. В русскоязычном сегменте эта социальная сеть конку­рирует с такими локальными лидерами как «Вконтакте» и «Одноклассники». Эти и им подобные социальные сети предла­гают пользователям во многих отноше­ниях схожий базовый продукт. Большин­ство известных сегодня эмпирических исследований, касающихся особенно­стей личности пользователей сети, также выполнено на базе Facebook. Представ­ленная работа, напротив, осуществлена с использованием «Вконтакте», среды, во многих отношениях уникальной, в том числе, для исследователя.

Основным инструментом исследо­вания стал диспозициональный подход Большой Пятерки (пятифакторная теория личности – five-factor theory). Пять фунда­ментальных факторов, позволяющих оха­рактеризовать структуру личности чело­века, были определены в итоге научных исследований психологов разных стран (Г. Олпорт, Д. Гилфорд, Р. Кэттелл, Г. Айзенк, Р. МакКрэй, П. Коста и др.) на протяжении пяти десятилетий. После длительного практического использования пятифак­торной модели черт личности Р. Макрэ и П. Коста (McCrae, Costa, 1996, 2013) по­лучили возможность разработки ее теоре­тической основы.

Пятифакторная теория личности (five-factor theory, FFT или Большая Пятерка) предполагает, что пять основных черт личности (экстраверсия, доброжелатель­ность, добросовестность, нейротизм, от­крытость опыту) обусловлены исключительно биологическими факторами и образуют, тем самым, ряд ее базовых тенденций (basic tendencies). Взаимодей­ствие индивида со средой, согласно FFT, приводит к образованию неопределен­ного множества характерных адаптаций (characteristic adaptations) – структурных образований, основанных, с одной сторо­ны, на базовых тенденциях личности, а, с другой стороны, обусловленных действи­ем внешних факторов (external influences). В число характерных адаптаций, согласно Макрэ и Коста, входят социальные установки, мотивы, Я-концепция и прочие об­разования, имеющие выраженную соци­альную природу. «Фирменным знаком» FFT является безапелляционное утверждение о том, что такие черты личности как, на­пример, доброжелательность или добросовестность, являясь базовыми тенденци­ями, обусловлены сугубо биологически, в отличие от характерных адаптаций. Таким образом, базовые тенденции Большой Пя­терки понимаются в традиции темпера­мента (McCrae, Costa, 2013), в то время как характерные адаптации трактуются в традиционных схемах понимания лич­ности и характера.

Среди характерных адаптаций мож­но выделить особый класс, относящийся к рефлексии и мониторингу индивидом своих индивидуальных различий. Этот класс, предположительно функциониру­ющий по принципам метакогниций (Jost, Kruglianski, Nelson, 1998), мы обозначили как метакогнитивные характерные адап­тации (МХА), (Щебетенко, 2014, 2015). В отличие от традиционных метакогни­ций, МХА не являются мыслями о мыслях (thoughts about thoughts) (Petty, Briñol, Tormala, Wegener, 2007). Скорее они пред­ставляют собой мысли о чертах.

В качестве отправной точки для клас­сификации МХА рассматривались об­ласти метаиндивидуального мира (Дорфман, 2006) – полисистемы отношений человека с окружающей его средой. В ме­таиндивидуальном мире эти отношения образуют «области», варьирующие вектор направления активности от человека к миру и обратно, а также взаимные от­ношения этих двух элементов – как ча­сти и целого друг друга. В соответствии с действием этих двух факторов образо­ваны четыре «области» метаиндивидуаль­ного мира: авторство, обладание, приня­тие, зависимость.

Соответственно, среди МХА в первом приближении можно выделить четыре их разновидности. Концептуальные предпо­сылки для выделения этих МХА возника­ют на пересечении ряда традиционных проблем и парадигм современной психо­логии личности: когнитивного подхода (Bandura, 1977), исследований метакогни­ций (Jost, et al., 1998), социальных устано­вок (Petty, Briñol, 2012), а также символиче­ского интеракционизма (Gillespie, 2012). Диспозициональная эффективность, ко­торую можно рассматривать как частный случай области авторства, представляет собой мнение индивида о том, насколько он успешен в реализации данной черты личности в тех случаях, когда среда предъ­являет индивиду вызовы (ситуации) соот­ветствующего ей типа. Установка на чер­ту, рассматриваемая как частный случай области обладания, представляет собой валентную (положительную/отрицатель­ную) оценку данной черты индивидом, без прямого отнесения к собственной личности. Отраженная черта, рассматри­ваемая как частный случай области зави­симости, представляет собой суждения индивида о том, как черты его личности воспринимаются значимыми другими. Наконец, отраженная установка на черту, рассматриваемая как частный случай об­ласти принятия, представляет собой мне­ние индивида об установках на черты лич­ности, присущих значимым другим.

Социальные сети и черты личности

Среди индивидуальных различий, определяющих поведение пользователя социальной сети, ключевую роль играет экстраверсия (Kuo, Tang, 2014). Была установлена ее корреляция с самораскрытием в Facebook (Wang, 2013). Экстравертив­ность характера человека влияет на интенсивность его участия в группах (Ross, Orr, Sisic, Arsenault, Simmering, Orr, 2009), частоту размещения им фотографий «на своей стене» (Muscanell, Guadagno, 2012), наличие большого числа «друзей», постов и комментариев, интенсивное изучение страниц других пользователей (Gosling, Augustine, Vazire, Holzman, Gaddis, 2011), а также частое обновление своего статуса (Garcia, Sikström, 2014). В целом, экстра­версия обеспечивает индивиду удовлет­ворение от взаимодействия в социаль­ных сетях (Deng, Liu, Li, Hu, 2013). Другие черты личности, хотя и демонстриру­ют периодическую сопряженность с этой формой социальной жизни, тем не менее, связаны с ней менее устойчи­во (Muscanell, Guadagno, 2012; Ross, et al., 2009; Ryan, Xenos, 2011).

Ранее мы высказывали предположе­ние о том, что роль и специфика (от­раженных) установок на черты мо­жет быть обусловлена интерактивной природой личности (Щебетенко, 2014, 2015), поскольку в существенной сте­пени индивид познает себя через из­учение позиции другого (Выготский, Лурия, 1993; Mead, 1934). В этом плане установки на черты не характеризуют личность индивида напрямую. Напро­тив, они скорее приводят к тому, что ин­дивид определенным образом реагирует на проявление этих черт у других лю­дей. Например, относясь положительно к доброжелательности или добросовест­ности окружающих, человек с боль­шей долей вероятности получит положительную обратную связь и от своего окружения, а также будет стремиться к обществу добросовестных людей.

Суть «жизни» профиля социальных се­тей заключается в постоянной динами­ке, изменениях, вызываемых как самим пользователем, так и его «друзьями» – другими пользователями. Последние мо­гут оставлять различные следы активно­сти в профиле пользователя. В соответст­вии с вышесказанным, мы предположили, что, выражаясь терминами FFT, эти сле­ды будут преимущественно обусловлены не действием базовых тенденций Боль­шой Пятерки, а такими МХА, как «пря­мые» и отраженные установки на черты. В той мере, в которой установки на чер­ты определяют окружение индивида, они будут сопряжены с варьированием пове­дения «друзей» в профиле данного поль­зователя «Вконтакте».

Нами была сформулирована следую­щая общая гипотеза исследования:

Установки и отраженные установки на черты личности влияют на варьиро­вание поведения «друзей» в профиле пользователей социальной сети «Вкон­такте». Установки и отраженные установки на черты элиминируют возмож­ные корреляции соответствующих черт с этими поведенческими показателями.

Участники и процедура исследования

В исследовании приняли участие 1030 студентов одного из российских универ­ситетов, в возрасте от 17 до 38 лет (M = 19.65, SD = 1.72). Одна участница не сооб­щила своего возраста. Среди участников была 691 женщина (67.1%). Участники сообщали свое полное имя, необходи­мость чего объяснялась стремлением «избежать каких-либо ошибок при под­готовке и рассылке обратной связи». Спу­стя несколько месяцев после завершения сбора данных участникам рассылались электронные письма, содержавшие ре­зультаты оценки их черт личности, а так­же краткий дебрифинг.

Полное имя участника применялось только для поиска его профиля в соци­альной сети «Вконтакте» – наиболее популярной социальной сети в русском сегменте интернета (eBizMBA, 2014). В работе мы использовали только ту информацию, которую можно получить в открытом доступе. Таким образом, ана­лизировалась лишь та информация, ко­торая была доступна любому пользо­вателю «Вконтакте», не являющемуся «другом» данного участника.

На 1 июля 2013 г. было найдено 948 профилей «Вконтакте» (92% выборки). Все интересующие нас переменные были за­мерены по состоянию на 1 июля 2013 г. «Вконтакте» позволяет определить послед­ний день, когда данный профиль был по­сещен его владельцем. Таким образом, мы смогли определить, является ли данный профиль активно используемым, либо «забытым». На 14 декабря 2013 г. из 948 про­филей 17 было удалено (1.8%), а 8 (0.8%) посещались его владельцем неопределен­но давно. Остальные 923 профиля (97.4%) были активны недавно: среднее время последнего визита составило M = 0.54 дня, максимальное время max = 79 дней. 803 профиля были посещены их владельцами в день контроля – 14 декабря 2013 г. Во­семь «заброшенных» профилей были уда­лены из выборки. Таким образом, финаль­ная выборка составила 940 участников.

Методики исследования

Участники заполняли русскую вер­сию (Щебетенко, 2014) 44-пунктного те­ста Big Five Inventory (BFI) (John, Donahue, Kentle, 1991; John, Naumann, Soto, 2008), а также ряд ее модификаций, измеряющих МХА: установки на черты, диспози­циональную эффективность, отраженные черты и отраженные установки на черты. При изучении отраженных черт и отра­женных установок мы просили участни­ков исследования обратиться к образу их родителей, поскольку последние могут эффективно выполнять роль значимо­го другого для студентов (Malloy, Albright, Kenny, Agatstein, Winquist, 1997). На пол­ной выборке (n = 1030) подшкалы всех вопросников продемонстрировали при­емлемый уровень внутренней согласован­ности (.66 < α < .87). Исключение состави­ла подшкала установки на экстраверсию и отраженной установки на экстраверсию, α = .57 и .51, соответственно. Для увели­чения надежности из этих подшкал были исключены три пункта: «сдержанность», «порождение энтузиазма» и «застенчи­вость», в результате чего внутренняя согласованность увеличилась до α = .69 и .65. соответственно.

Индикаторы поведения в социальной сети

Все индикаторы поведения «Вкон­такте» могут быть распределены на две условные группы: «внешние» и «внутренние». «Внешние» показатели характери­зуют поведение пользователя: опубли­кованные им посты «на стене» своего профиля, количество аватарок (картинок-идентификаторов), количество комментариев, опубликованных пользо­вателем и т.п. «Внутренние» показатели отражают поведение других пользовате­лей в профиле его владельца. В соответ­ствии с выдвинутыми гипотезами, наше­го внимания находились «внутренние» показатели, т.е. следы активности других пользователей в профиле рассматрива­емого индивида. В качестве таковых из­учались следующие показатели:

  1. число «друзей» пользователя [1] (n = 939);

  2. число надписей (постов) «на стене» пользователя, опубликованных дру­гими людьми (за исключением публикаций, посвященных дням ро­ждения и официальным праздникам) (n = 250);

  3. медиана числа «лайков», поставлен­ных под портретом [2] пользователя. Учитывались портреты опубликованные в период с 1 января 2011 г. по 25 мая 2013 г (n = 830).

Поскольку индикаторы «Вконтакте» демонстрировали существенную поло­жительную асимметрию, сырые баллы были подвергнуты логарифмическому преобразованию x = log10 (y + 1), что значительно сократило асимметрию и эксцесс распределения.

Результаты

Корреляции характеристик личности с показателями поведения «Вконтакте»

Как и предполагалось, характеристи­ки экстраверсии были наиболее сильно связаны с показателями поведения в социальной сети (табл. 1). При этом, уста­новки на экстраверсию коррелировали с поведением в социальной сети слабее, чем экстраверсия. Открытость опыту показала паттерн схожих, но более сла­бых, корреляций. Характеристики до­брожелательности слабо положительно коррелировали с количеством «друзей», в то время как лишь установки на до­брожелательность коррелировали с чи­слом постов и «лайков». Характеристики добросовестности слабо положительно коррелировали с числом «лайков», в то время как только установки на добросо­вестность слабо положительно корре­лировали с числом «друзей». Характеристики нейротизма показали три слабых корреляции с индикаторами поведения в социальной сети.

Таблица 1. Корреляции показателей характеристик личности и поведе­ния «Вконтакте»

Характеристики личности

«Друзья» (939)

Посты (250)

«Лайки» (830)

Экстраверсия

Черта

.37***

.31***

.25***

Диспозициональная эффективность

.34***

.21**

.23***

Отраженная черта

.35***

.28***

.27***

Установка на черту

.22***

.11

.20***

Отраженная установка на черту

.11**

.02

.14***

Доброжелательность

Черта

.08*

-.03

.02

Диспозициональная эффективность

.08*

.04

.09*

Отраженная черта

.06*

.00

.02

Установка на черту

.09**

.13*

.13***

Отраженная установка на черту

.06

.15*

.11**

Добросовестность

Черта

.05

-.07

.10**

Диспозициональная эффективность

.05

-.03

.11**

Отраженная черта

.02

-.03

.08*

Установка на черту

.08*

.09

.10**

Отраженная установка на черту

.11**

.10

.12**

Нейротизм

Черта

-.00

.07

.08*

Диспозициональная эффективность

-.02

.05

.04

Отраженная черта

.01

.14*

.05

Установка на черту

-.05

-.11

-.01

Отраженная установка на черту

-.05

-.05

-.11**

Открытость опыту

Черта

.17***

.17**

.10**

Диспозициональная эффективность

.15***

.16*

.06

Отраженная черта

.16***

.16*

.08*

Установка на черту

.11**

.17**

.11**

Отраженная установка на черту

.08*

.07

.12***

Примечание. В скобках приведен валидный N; *** p < .001, ** p < .01, * p < .05.

Эффекты метакогнитивных характерных адаптаций при контроле черт: свидетельства множественного регрессионного анализа

Способны ли МХА влиять на поведе­ние в социальной сети независимо от вли­яния черт личности? В поисках ответа на этот вопрос была осуществлена серия ие­рархических множественных регрессион­ных анализов. Сначала (на шаге 1) в урав­нение регрессии в качестве предиктора включался показатель черты личности. На шаге 2 добавлялась диспозициональ­ная эффективность, МХА, концептуаль­но наиболее близкая показателю черты. На шаге 3 в уравнение добавлялся пока­затель отраженной черты личности, так­же характеризующий мнение индивида о выраженности этой черты в его лично­сти, но спроецированное на значимых других (родителей). На шаге 4 в уравнение добавлялся показатель установки на чер­ту, МХА, прямо не относящаяся к оценке выраженности данной черты личности у индивида. Наконец, на шаге 5 добавлялась отраженная установка на черту, наибо­лее «отдаленная» МХА, установка на черту, приписываемая значимым другим (роди­телям) [3].

«Друзья»

Применительно к характеристикам экстраверсии коэффициент детермина­ции в количестве «друзей» существенно увеличивался вплоть до шага 3 включи­тельно (табл. 2). Черта экстраверсии, ди­спозициональная эффективность в экс­траверсии и отраженная экстраверсия привносили инкрементное объяснение в варьирование числа «друзей». Таким образом, вклад этих трех показателей в данный индикатор являлся уникальным относительно друг друга.

Таблица 2. Иерархический регрессионный анализ варьирования числа «друзей» «Вконтакте» в зависимости от характеристик экстраверсии

Экстраверсия (предикторы)

 

Число «друзей»

B [95% CI]

β

VIF

R2

ΔR2

Шаг 1 (F(1, 937) = 150.71, p < .001)

.139

 

Черта

2.66 [2.23; 3.08]

.37***

 

 

 

Шаг 2 (F(2, 936) = 80.22, p < .001):

.146

.008**

Черта

1.91 [1.26; 2.57]

.27***

2.40

 

 

ДЭ

1.19 [0.39; 1.99]

.14**

2.40

 

 

Шаг 3 (F(3, 935) = 56.75, p < .001):

.154

.008**

Черта

1.34 [0.58; 2.10]

.19**

3.24

 

 

ДЭ

0.92 [0.10; 1.74]

.11*

2.53

 

 

Отраженная черта

0.91 [0.30; 1.52]

.14**

2.47

 

 

Примечание. ДЭ – диспозициональная эффективность; VIF – фактор ин­фляции дисперсии.

Число «друзей» объяснялось исклю­чительно ковариацией с чертами до­брожелательности и открытости, а их МХА инкрементного вклада не вносили. Напомним, при этом, что установки на добросовестность положительно коррелировали с числом «друзей», в то вре­мя как сама добросовестность и прочие МХА с числом «друзей» не коррелирова­ли (табл. 1).

Посты

Число записей «на стене», сделанных «друзьями», также объяснялось исключи­тельно ковариацией с чертами экстравер­сии и открытости, а МХА этих черт инкре­ментного вклада не вносили. Напомним, при этом, что установки на доброжела­тельность положительно коррелировали с числом постов, в то время как сама добро­желательность и прочие МХА с числом по­стов не коррелировали (табл. 2).

«Лайки»

Применительно к экстраверсии коэф­фициент детерминации критериального показателя увеличивался вплоть до шага 4 включительно (см. табл. 3). При этом отраженная экстраверсия и положитель­ная установка на экстраверсию элимини­ровали полученные ранее корреляции для черты экстраверсии и ее диспозици­ональной эффективности. Иными слова­ми, число «лайков» возрастало в связи с отраженной экстраверсией и более поло­жительной установкой на эту черту.

Таблица 3. Иерархический регрессионный анализ варьирования чи­сла «лайков» в зависимости от характеристик экстраверсии

Экстраверсия (предикторы)

 

Число «лайков» на портрет

B [95% CI]

β

VIF

R2

ΔR2

Шаг 1 (F(1, 828) = 53.56, p < .001)

.061

 

Черта

0.12 [0.08; 0.15]

.25***

 

 

 

Шаг 2 (F(2, 827) = 28.33, p < .001):

.064

.003†

Черта

0.08 [0.04; 0.13]

.18**

2.40

 

 

ДЭ

0.05 [-0.01; .11]

.09†

2.40

 

 

Шаг 3 (F(3, 826) = 22.76, p < .001):

.076

.012**

Черта

0.04 [-0.02; .09]

.08

3.24

 

 

ДЭ

0.03 [-0.03; .09]

.05

2.53

 

 

Отраженная черта

0.08 [0.03; 0.12]

.17**

2.47

 

 

Шаг 4 (F(4, 825) = 19.03, p < .001):

.084

.008**

Черта

0.03 [-0.03; .08]

.06

3.30

 

 

ДЭ

0.01 [-0.05; .07]

.02

2.62

 

 

Отраженная черта

0.07 [0.03; 0.12]

.17**

2.47

 

 

Установка

0.07 [0.02; 0.13]

.10**

1.30

 

 

По отношению к доброжелательно­сти коэффициент детерминации кри­териального показателя увеличивал­ся вплоть до шага 4 включительно (см. табл. 4). При этом установка на доброжелательность производила инкремен­тный эффект на число «лайков», поми­мо диспозициональной эффективности в доброжелательности. Черта доброже­лательности и отраженная доброжела­тельность инкрементных эффектов на число «лайков» не производили.

Таблица 4. Иерархический регрессионный анализ варьирования чи­сла «лайков» в зависимости от характеристик доброжелательности

Доброжелатель­ность (предик­торы)

 

Число «лай­ков» на портрет

B [95% CI]

β

VIF

R2

ΔR2

Шаг 1 (F(1, 828) = 0.38, p = .537)

.000

 

Черта

0.01 [-0.03; .05]

.02

 

 

 

Шаг 2 (F(2, 827) = 4.30, p = .014):

.010

.010**

Черта

-0.05 [-.10; .01]

-.08

2.03

 

 

ДЭ

0.09 [0.03; 0.15]

.14**

2.03

 

 

Шаг 3 (F(3, 826) = 3.08, p = .027):

.011

.001

Черта

-0.04 [-.10; .03]

-.06

3.24

 

 

ДЭ

0.10 [0.03; 0.16]

.15**

2.22

 

 

Отраженная черта

-0.02 [-.07; .03]

-.04

2.04

 

 

Шаг 4 (F(4, 825) = 4.74, p = .001):

.022

.011**

Черта

-0.05 [-.11; .01]

-.08

2.52

 

 

ДЭ

0.06 [-0.01; .13]

.10†

2.48

 

 

Отраженная черта

-0.03 [-.08; .02]

-.05

2.05

 

 

Установка

0.10 [0.04; 0.16]

.13**

1.58

 

 

Применительно к добросовестности коэффициент детерминации критери­ального показателя увеличивался вплоть до шага 5 (см. табл. 5). При этом лишь положительная отраженная установка на добросовестность предсказывала увеличение числа «лайков». Эффекты черты добросовестности и других ее характер­ных адаптаций были элиминированы.

Таблица 5. Иерархический регрессионный анализ варьирования чи­сла «лайков» в зависимости от характеристик добросовестности

Добросовест­ность (предик­торы)

 

Число «лай­ков» на портрет

B [95% CI]

β

VIF

R2

ΔR2

Шаг 1 (F(1, 828) = 7.91, p = .005)

.009**

 

Черта

0.05 [0.02; 0.08]

.10**

 

 

 

Шаг 2 (F(2, 827) = 4.99, p = .007):

.012

.002

Черта

0.02 [-0.03; .07]

.04

2.33

 

 

ДЭ

0.04 [-0.02; .10]

.08

2.33

 

 

Шаг 3 (F(3, 826) = 3.33, p = .019):

.012

.000

Черта

0.02 [-0.04; .08]

.04

2.97

 

 

ДЭ

0.04 [-0.02; .10]

.08

2.59

 

 

Отраженная черта

-0.00 [-.05; .04]

-.01

2.51

 

 

Шаг 4 (F(4, 825) = 3.35, p = .010):

.016

.004†

Черта

0.02 [-0.05; .07]

.03

3.03

 

 

ДЭ

0.03 [-0.03; .09]

.06

2.64

 

 

Отраженная черта

-0.00 [-.05; .05]

-.00

2.52

 

 

Установка

0.06 [-.00; 0.12]

.07†

1.14

 

 

Шаг 5 (F(5, 824) = 3.96, p = .001):

.023

.007*

Черта

0.01 [-.05; 0.07]

.02

3.03

 

 

ДЭ

0.03 [-.03; 0.09]

.06

2.65

 

 

Отраженная черта

0.01 [-.04; 0.05]

.02

2.57

 

 

Установка

0.02 [-.05; 0.09]

.02

1.40

 

 

ОУ

0.09 [0.02; 0.16]

.10*

1.28

 

 

Примечание. ДЭ – диспозициональная эффективность, ОУ – отражен­ная установка на черту

По отношению к нейротизму коэф­фициент детерминации критериально­го показателя увеличивался вплоть до шага 5 (см. табл. 6). При этом, лишь от­рицательная отраженная установка на нейротизм предсказывала увеличение числа «лайков». Эффект черты нейро­тизма был элиминирован.

Таблица 6. Иерархический регрессионный анализ варьирования числа «лайков» в зависимости от характеристик нейротизма

Нейротизм (предикторы)

 

Число «лайков» на портрет

B [95% CI]

β

VIF

R2

ΔR2

Шаг 1 (F(1, 828) = 4.91, p = .027)

.006*

 

Черта

0.04 [0.00; 0.07]

.08*

 

 

 

Шаг 2 (F(2, 827) = 2.76, p = .064):

.007

.001

Черта

0.05 [0.00; .10]

.11*

2.14

 

 

ДЭ

-0.02 [-.06; .03]

-.04

2.14

 

 

Шаг 3 (F(3, 826) = 1.84, p = .138):

.007

.000

Черта

0.05 [-0.00; .10]

.10†

2.78

 

 

ДЭ

-0.02 [-.07; .03]

-.04

2.39

 

 

Отраженная черта

0.00 [-.04; .05]

.01

2.45

 

 

Шаг 4 (F(4, 825) = 1.44, p = .219):

.007

.000

Черта

0.05 [-0.01; .10]

.10†

2.79

 

 

ДЭ

-0.02 [-.07; .03]

-.04

2.39

 

 

Отраженная черта

0.00 [-0.04; .05]

.01

2.45

 

 

Установка

-0.01 [-.07; .04]

-.02

1.02

 

 

Шаг 5 (F(5, 824) = 3.66, p = .003):

.022

.015***

Черта

0.04 [-.01; 0.09]

.09

2.80

 

 

ДЭ

-0.01 [-.06; .04]

-.03

2.41

 

 

Отраженная черта

0.00 [-.05; 0.05]

.00

2.45

 

 

Установка

0.05 [-.02; 0.11]

.06

1.41

 

 

ОУ

-0.11 [-.17; -.05]

-.14***

1.40

 

 

Применительно к открытости опыту коэффициент детерминации критери­ального показателя увеличивался вплоть до шага 5 (см. табл. 6). При этом поло­жительная отраженная установка на от­крытость, а также в тенденции черта открытости и диспозициональная неэф­фективность в ней предсказывали уве­личение числа «лайков». Эффекты отраженной открытости и установки на открытость были элиминированы.

Таблица 7. Иерархический регрессионный анализ варьирования чи­сла «лайков» в зависимости от характеристик открытости опыту

Открытость (предикторы)

 

Число «лайков» на портрет

B [95% CI]

β

VIF

R2

ΔR2

Шаг 1 (F(1, 828) = 8.10, p = .005)

.010**

 

Черта

0.05 [0.02; 0.09]

.10**

 

 

 

Шаг 2 (F(2, 827) = 4.34, p = .013):

.010

.001

Черта

0.07 [0.01; 0.12]

.13*

2.44

 

 

ДЭ

-0.02 [-.08; .04]

-.04

2.44

 

 

Шаг 3 (F(3, 826) = 3.10, p = .026):

.011

.001

Черта

0.06 [-0.00; .12]

.11†

2.97

 

 

ДЭ

-0.03 [-.10; .03]

-.06

2.73

 

 

Отраженная черта

0.02 [-.03; .07]

.04

2.43

 

 

Шаг 4 (F(4, 825) = 3.35, p = .010):

.016

.005*

Черта

0.04 [-0.02; .11]

.09

3.08

 

 

ДЭ

-0.05 [-.11; .02]

-.08

2.88

 

 

Отраженная черта

0.01 [-0.04; .07]

.03

2.47

 

 

Установка

0.07 [0.00; 0.14]

.09*

1.72

 

 

Шаг 5 (F(5, 824) = 4.01, p = .001):

.024

.008*

Черта

0.06 [-.00; 0.12]

.11†

3.17

 

 

ДЭ

-0.06 [-.12; .01]

-.10†

2.92

 

 

Отраженная черта

-0.00 [-.06; .05]

-.00

2.61

 

 

Установка

0.04 [-.03; 0.11]

.05

1.91

 

 

ОУ

0.07 [.02; .13]

.10*

1.41

 

 

Обсуждение

Установки на каждую из черт лич­ности коррелировали с показателями поведения «друзей» в профиле пользо­вателя «Вконтакте». В семи случаях из пятнадцати установки на черты лично­сти – прямые и отраженные – произво­дили инкрементный вклад в поведение в социальной сети, элиминируя тем са­мым эффекты соответствующей черты и метакогнитивных характерных адаптаций, выражающих мнение индивида о своей личности.

Таким образом, гипотеза подтверди­лась, в первую очередь – в отношении количества «лайков»: фотографии пользователя обладали повышенной попу­лярностью среди «друзей» в том случае, если он имел положительные установ­ки на экстраверсию, доброжелатель­ность, добросовестность, эмоциональ­ную стабильность и открытость опыту. В соответствии с нашими гипотезами, этот эффект связан с тем, что индивид, имея определенные установки на черты, создает вокруг себя специфическую со­циальную среду, способствующую боль­шему выражению симпатии и участия. В данном случае это выражается в увели­чивающемся числе «лайков».

Публикация друзьями постов на «сте­не» пользователя зависела, в этом плане, только от положительных установок на доброжелательность. Этот эффект мож­но объяснить аналогичным образом: положительная установка на доброже­лательность может приводить к более тесным контактам с доброжелательны­ми людьми, что и выражается в более интенсивном внимании с их стороны к индивиду, в том числе – в виде постов на «стене» пользователя.

Однако черты личности также про­извели аналогичный инкрементный эф­фект – в четырех случаях из пятнадцати.

В частности, черты экстраверсии и открытости способствовали увели­чению числа постов, написанных «дру­зьями». И эти связи уже не зависели от соответствующих МХА. Экстраверсия и открытость могут представлять собой вторичный фактор пластичности инди­вида (plasticity) – способности к получе­нию нового опыта в социальной и интеллектуальной и чувственной сферах (DeYoung, Peterson, Higgins, 2002). Веро­ятно, высокие значения в этих чертах сами по себе приводят к росту активно­сти индивида, что, в свою очередь, на­ходит отклик в более активном поведе­нии «друзей». При этом установки на эти черты, т.е. то, какую социальную среду формирует вокруг себя индивид в плане пластичности окружающих его людей, уже не играют существенной роли.

Аналогичный результат был получен при изучении взаимосвязи этих черт личности с числом «друзей». Напомним также, что экстраверсия является наи­более надежным из черт личности предиктором активности в социальных се­тях (Gosling, et al., 2011). Число «друзей», в отличие от двух других измерявшихся показателей поведения «Вконтакте», на­прямую зависит не только от действий «друзей», но и от самого пользователя. Таким образом, наши данные согласуют­ся с предположением о заметной роли экстраверсии в поведении пользователя социальной сети, а также свидетельству­ют о том, что эта взаимосвязь является независящей от МХА.

Количество «друзей» также напрямую зависело от наличия доброжелательно­сти. В этом плане данные факты противоречат предсказанию FFT, о том, что черты личности производят непрямые эффекты на внешние события, опос­редованные характерными адаптация­ми. Правда, наши данные, конечно, не исключают того, что это опосредование осуществляется за счет других, не изучавшихся в этой работе, характерных адаптаций.

В дополнение к сказанному, заметим, что число «друзей» увеличивалось в свя­зи с более положительными установками на добросовестность – вне зависи­мости от выраженности самой черты добросовестности у индивида. Видимо, добросовестность, в отличие от экстра­версии и открытости опыту, не делает пользователя популярным среди других пользователей. При этом более положи­тельная оценка этого качества индиви­дом, вероятно, будет создавать вокруг него социальную среду, в которой до­бросовестные люди будут высоко це­ниться, а сам индивид будет более при­влекательным.

Следует иметь в виду, что предложен­ные интерпретации роли установок на черты остаются косвенными. Будущие исследования должны напрямую изучить взаимосвязь установок на черты с выра­женностью этих черт в окружении ин­дивида. Более того, необходимо опре­делить, может ли оцениваемая степень близости данного индивида влиять на силу подобной взаимосвязи. В терминах экспериментального плана следует изучить то, как изменчивость установ­ки на данную черту может влиять на ка­чество социального окружения индиви­да. Очевидно, что параметры поведения «друзей» пользователя не сводятся к тем трем, которые были использованы в ра­боте. Поэтому будущие репликационные исследования могут принимать во внима­ние и другие параметры поведения «дру­зей», такие как число «лайков», адресо­ванных к постам пользователя. Будущие результаты позволят оценить устойчи­вость фактов и теоретических предполо­жений, высказанных в данной статье.

Примечания:

1.Следует отметить, что число «друзей» является одновременно и «внешним» и «внутренним» показателем. В этом случае определить, кто имен­но инициировал «дружбу» в данной паре, невозможно.

2.Под «портретом» мы понимали аватарку пользователя, на которой он изображен без каких-либо других людей или животных. При этом, пользова­тель идентифицировался по ряду косвенных признаков: частоте изображения одного и того же человека, полу, комментариям под портретом и т.п.

3.В таблицах приведены шаги вплоть до ситуации, когда последующие добавления не приводили к значимому увеличению коэффициента детер­минации R2.

Литература:

Выготский Л.С, Лурия А.Р. Этюды по истории поведения: Обезьяна. Примитив. Ребенок. – Москва : Педагогика-Пресс, 1993. – 224 с.

Дорфман Л.Я. Концепция метаиндивидуального мира: современное состояние // Психология Журнал Высшей школы экономики. – 2006. – Т. 3. – № 3. – С. 3–34.

Щебетенко С.А. Отраженные установки на черты личности как предиктор успеваемости студентов // Психология и психотехника. – 2015. – №1. – С. 70-82. doi: 10.7256/2070-8955.2015.1.13526

Щебетенко С.А. «Лучший человек в мире»: установки на черты личности в контексте большой пятерки // Психология. Журнал Высшей школы экономики. – 2014. – № 3. – С. 129–148.

Bandura, A. (1977) Self-efficacy: Toward a unifying theory of behavioral change. Psychological Review. Vol.84, I, 2,191–215. doi: 10.1037/0033- 295x.84.2.191

Deng, S., Liu, Y., Li, H., & Hu, F. (2013) How does personality matter? An investigation of the impact of extraversion on individuals’ SNS use. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. Vol.16, I, 8, 575-81. . doi: 10.1089/cyber.2012.0383

DeYoung, C.G., Peterson, J.B., & Higgins, D.M. (2002) Higher-order factors of the Big Five predict conformity: Are there neuroses of health? Personality and Individual Differences. V.33, I, 4,533-52. 10.1016/s0191-8869(01)00171-4

eBizMBA. The eBusiness Knowledgebase. Top 15 Most Popular Social Networking Sites October 2014. Retrieved form: http://www.ebizmba.com/articles/social-networkingwebsites

Garcia, D., & Sikström, S. (2014) The dark side of Facebook: Semantic representations of status updates predict the Dark Triad of personality. Personality and Individual Differences. V.67, 92-96. 10.1016/j.paid.2013.10.001

Gillespie, A. (2012) Position exchange: The social development of agency. New Ideas in Psychology. V. 30, I, 1 , 32-46. 10.1016/j.newideapsych.2010.03.004

Gosling, S.D., Augustine, A.A., Vazire, S., Holtzman, N., & Gaddis, S. (2011) Manifestations of personality in online social networks: Self-reported Facebook-related behaviors and observable profile information. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. V.14, I, 9, 483-488. 10.1089/ cyber.2010.0087

John, O.P., Donahue, E.M., & Kentle, R.L. (1991) The Big Five Inventory--Versions 4a and 54. Berkeley, CA: University of California, Berkeley, Institute of Personality and Social Research.

John, O.P., Naumann, L.P., & Soto, C.J. (2008) Paradigm shift to the integrative Big Five trait taxonomy: History, measurement, and conceptual issues. John O.P., Robins R.W., Pervin L.A. Handbook of personality: Theory and research. New York, NY: Guilford Press. 114-158.

Jost, J.T., Kruglanski, A.W., & Nelson, T.O. (1998) Social metacognition: An expansionist review. Personality and Social Psychology Review. V.2, I, 2, 137- 154. /10.1207/s15327957pspr0202_6

Kuo, T., & Tang, H.-L. (2014) Relationships among personality traits, Facebook usages, and leisure activities – A case of Taiwanese college students. Computers in Human Behavior. V.31, 13-19. 10.1016/j.chb.2013.10.019

Malloy, T.E., Albright, L., Kenny, D.A., Agatstein, F., & Winquist, L. (1997) Interpersonal perception and metaperception in nonoverlapping social groups. Journal of Personality and Social Psychology. V.72, I, 2, 390-398. 10.1037/0022-3514.72.2.390

McCrae, R.R., & Costa, Jr. P.T. (1996) Toward a new generation of personality theories: Theoretical contexts for the five-factor model. Wiggins J.S. The Five-factor Model of Personality: Theoretical Perspectives. Guilford Press. 51-87.

McCrae, R.R., & Costa, Jr. P.T. (2013) Introduction to the empirical and theoretical status of the five-factor model of personality traits. Widiger T.A., & Costa P.T., Jr. Personality disorders and the five-factor model of personality (3rd ed). Washington, DC, US: American Psychological Association.15-27. 10.1037/13939-002

Mead, G.H. (1934) Mind, self, and society: From the standpoint of a social behaviorist. University of Chicago Press. 440.

Muscanell, N.L., & Guadagno, R.E. (2012) Make new friends or keep the old: Gender and personality differences in social networking use. Computers in Human Behavior. V.28, I, 1, 107-112. 10.1016/j.chb.2011.08.016

Petty, R.E., Briñol, P., Tormala, Z.L., & Wegener, D.T. (2007) The role of metacognition in social judgment. Kruglanski A.W., Higgins E.T. Social Psychology: Handbook of Basic Principles. Guilford Press. 254-284.

Ross, C., Orr, E.S., Sisic, M., Arseneault, J.M., Simmering, M.G., & Orr, R.R. (2009) Personality and motivations associated with Facebook use. Computers in Human Behavior. V.25, I, 2, 578-586. 10.1016/j.chb.2008.12.024

Ryan, T., & Xenos, S. (2011) Who uses Facebook? An investigation into the relationship between the Big Five, shyness, narcissism, loneliness, and Facebook usage. Computers in Human Behavior. V.27, I, 5, 1658-1664.

Wang, S.S. (2013) “I share, therefore I am”: Personality traits, life satisfaction, and Facebook check-ins. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. V.16, I, 12, 870-877. 10.1089/cyber.2012.0395

En

Shchebetenko S.A. (2016). Online Social Network Users’ Attitudes toward Personality Traits Predict Behaviour of their Friends. National Psychological Journal. 4, 34-44.

Ru

Щебетенко С.А. Установки на черты личности как предиктор активности «друзей» пользователя социальной сети «Вконтакте». // Национальный психологический журнал. – 2016. – № 4(24). – С. 34-44.

Keywords / Ключевые слова

personality traits / черты личности ; five-factor theory of personality / пятифакторная теория личности ; characteristic adaptations / характерные адаптации ; metacognitions / метакогниции ; social attitudes / социальные установки ; social networks / социальные сети

Abstract

The research considers attitudes toward personality traits in online social network (OSN) Vkontakte users’ behaviour. Users’ friends’ activity on a given user’s profile was supposed to be affected by attitudes toward traits of the latter. Within a broader context, the role of metacognitive type of characteristic adaptations as a key element of the five-factor theory of personality is studied. Accordingly, along with attitudes toward traits, other metacognitive characteristic adaptations are examined (e.g. dispositional efficiency, reflected trait, and reflected attitude toward a trait). 1030 undergraduates participated in the study. The research results confirm that extraversion is the most important predictor of OSN behavior among other personality traits. The information presented in this research is obtained using behavioural data instead of more convenient self-reports. Moreover, these behavioural data characterise other users’ (friends’) behaviour while addressing a certain user’s profile. Positive attitudes toward each Big Five traits (extraversion, agreeableness, conscientiousness, emotional stability, and openness to experience) separately affected the number of “Likes” of the avatars representing users’ photographs. Furthermore, revealed correlations between traits and “Likes” were subsequently eliminated by the attitudes toward respective traits. Positive attitudes toward conscientiousness predicted the increase of friends’ number unlike trait conscientiousness. Positive attitude toward agreeableness predicted the increase of the number of posts written by friends on user’s wall unlike trait agreeableness. Attitudes toward traits are argued to affect social environment governed by an individual: one may select those social relationships and

Аннотация

Рассматривается значение установок на черты личности при общении в социальной сети «Вконтакте». В начале исследования предполагалось, что данные установки могут влиять на то, как другие пользователи («друзья») проявляют себя при виртуальном взаимодействии. В исследовании, в котором приняли участие 1030 человек, изучалась роль метакогнитивной разновидности характерных адаптаций как ключевого элемента пятифакторной теории личности. Наряду с установками на черты исследовались и другие метакогнитивные характерные адаптации: диспозициональная эффективность, отраженная черта, отраженная установка на черту. 

Установлено, что экстраверсия является наиболее сильным среди черт личности предиктором поведения в социальной сети. Важно, что этот факт получен не в связи с самоотчетными данными, а в связи с фактическим поведением. При этом речь идет о поведении других людей («друзей») в отношении данного пользователя. Было также установлено, что число «лайков» (положительных оценок) портретов пользователя увеличивалось при положительных установках на каждую из пяти черт личности: экстраверсию, доброжелательность, добросовестность, эмоциональную стабильность и открытость опыту. При этом эффекты самих черт личности на «лайки» элиминировались установками на соответствующие черты. Автор высказывает предположение о том, что роль установок на черты (в отличие от черт) заключается в селекции индивидом определенного социального окружения, соответствующего данной установке. Это, в свою очередь, может влиять на поведение других людей в отношении индивида, что и было продемонстрировано в исследовании.

Author(s) / Автор(ы)

Shchebetenko, Sergei A. / Щебетенко Сергей Александрович

Author Affiliation / Основное место работы автора

Perm national research University / Пермский национальный исследовательский университет

Country / Страна

Russian Federation / Российская Федерация

Categories / Рубрикатор

Personality Psychology / Психология личности

Publication Type / Тип публикации

Journal article/ Журнальная статья

Source / Источник

National Psychological Journal / Национальный психологический журнал

Release Date / Год публикации

2015 - 2019 ; 2016

Pages / Страницы

34-44

DOI Number

10.11621/npj.2016.0404

Language / Язык публикации

Ru

Возврат к списку

There are new articles from the «Moscow University Psychology Bulletin»/ Новые статьи «Вестника Московского университета. Серия 14. Психология»

30.03.2015

We are glad to inform you that the new issue of the journal "Moscow University Psychology Bulletin" - 1, 2015 - was released. Carrent Issue: http://msupsyj.ru/en/articles/volumes/2015_1.php

Мы рады представить вам первый номер «Вестника Московского университета. Серия 14. Психология» за 2015 год. http://msupsyj.ru/articles/volumes/2015_1.php

There are new articles from the «National psychological journal»/ Новые статьи «Национального психологического журнала»

30.03.2015

We are glad to inform you that the new issue of the journal "National psychological journal" - 1(17), 2015 - was released. Carrent Issue: http://npsyj.ru/en/articles/volumes/17_2015.php

Мы рады представить вам первый номер «Национального психологического журнала» за 2015 год. http://npsyj.ru/articles/volumes/17_2015.php

About / О проекте New / Новое All material / Все материалы News / Новости Contacts / Контакты
© 2012 — 2018 Psychology. Online abstract digest of psychological sciences

/ ПСИХОЛОГИЯ. Реферативнй интернет-дайджест психологических наук