Articles / Статьи

RSS
Фильтр
Название:
Accepted / Принята к публикации:
Keywords / Ключевые слова:
Keywords Plus / Дополнительные ключевые слова:
Author(s) / Автор(ы):
Author Affiliation / Основное место работы автора:
Country / Страна:
Categories / Рубрикатор:
Publication Type / Тип публикации:
Source / Источник :
Age Group / Возрастная категория:
Release Date / Год публикации:
DOI Number:
Language / Язык публикации:
  

Бухаленкова Д.А., Карабанова О.А. Особенности самооценки у подростков с разным пониманием успеха. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 148-157

Bukhalenkova D.A., Karabanova O.A. (2018) Features of self-esteem in adolescents with different understanding of success. National Psychological Journal. 3, 148-157.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. The paper deals with understanding success in terms of generation value gap, transitivity and high social uncertainty as a component of self-determination of an individual acquires particular relevance, determining the vector of a person’s personal development.

The Objective of this research is to study the ideas of modern adolescents about success linked with self-esteem and assessment of their own success in significant spheres of life, i.e. education career and interpersonal relations. The study is based on the assumption that the notions of success as self-development will be associated with a higher level of self-esteem and assessment of success in adolescents.

Design. The study involved 500 adolescents (291 girls and 209 young men), students of the 10th and 11th grades of schools and gymnasiums (average age 16 years), Moscow, Russia. To study the ideas of adolescents about success, Adolescent Representations of Success (ARS) questionnaire was developed. To study the self-esteem of adolescents, the method of Dembo-Rubinstein was used in the modification A.M. Prihozhan, as well as a purposefully designed questionnaire to study indirect evaluation of success.

Results Three models of success that characterize the attitude of adolescents to the success are identified: success as social recognition, success as fulfillment of external social requirements, and success as self-development and self-actualization. The differences in the self-esteem of adolescents with different ideas about success are revealed.

Conclusion. The research confirmed the hypothesis and showed that varying perception of success in adolescents is closely related to self-esteem and evaluation of their own success. Understanding success as self-development and self-actualization is associated with a higher level of self-esteem and assessment of own success which promotes psychological well-being in general. Adolescents who share a model of success as fulfillment of external social requirements associate success with achieving goals with overcoming obstacles and satisfaction with results and place value on luck. For adolescents who are focused on the model of success as social recognition it is typical to place value on their personal authority among the peers, thus having high assessment rates of their success as a whole.

Актуальность статьи. В условиях межпоколенного ценностного разрыва, транзитивности и высокой социальной неопределенности понимание жизненного успеха как составляющая самоопределения личности приобретает особую актуальность, определяя вектор личностного развития человека.

Целью данного исследования стало изучение связи представлений современных подростков об успехе с самооценкой и оценкой собственной успешности в значимых жизненных сферах: учебно-профессиональной и сфере межличностных отношений. Исследование основывалось на предположении, что представления об успехе как о саморазвитии будут связаны с более высоким уровнем самооценки и оценки своей успешности у подростков.

Описание хода исследования. В исследовании приняли участие 500 подростков (291 девушка и 209 юношей), ученики 10-х и 11-х классов московских школ и гимназий (средний возраст 16 лет). Для изучения представлений подростков об успехе был разработан опросник ПУП (представления подростков об успехе). Для изучения самооценки подростков была использована методика Дембо-Рубинштейн в модификации А.М. Прихожан, а также специально разработанный опросник для исследования косвенного оценивания подростками своей успешности.

Результаты исследования. Выявлены три модели успеха в представлениях подростков: успех как социальное признание, успех как выполнение внешних социальных требований и успех как саморазвитие и самореализация. Определены различия самооценки подростков с различными представлениями об успехе.

Выводы. Проведенное исследование подтвердило выдвинутую гипотезу и показало, что различное представление подростков об успехе оказывается тесно связано с самооценкой и оценкой собственной успешности. Понимание подростками успеха как саморазвития и самореализации связано с более высоким уровнем самооценки и оценки собственной успешности, а, следовательно, их психологического благополучия в целом. Подростки, разделяющие модель успеха как выполнение внешних социальных требований, связывают успех как достижение целей с преодолением препятствий и удовлетворением от результата и придают значимость везению и удаче. Для подростков, ориентированных на модель успеха как социального признания, характерна высокая оценка своего авторитета у сверстников, и, соответственно высокая оценка своей успешности в целом.

Authors / Авторы: Bukhalenkova Daria A. / Бухаленкова Дарья А. ; Karabanova, O. A. / Карабанова О.А.

Кузнецова О.Е. Социальные представления о «герое нашего времени» у студентов разной профессиональной направленности. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 139-147

Kuznetsova O.E. (2018) Social representations about «the contemporary hero» in students of different career choice. National Psychological Journal. 3, 139-147.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. The necessity of youth policy development is caused by negative social tendencies not only in Russia but all over the world. Control of social behavior may be one of the guidelines in its development and determining problem areas.

Objective. The objective of the paper is to study social representations about «the contemporary hero» in students of the psychology and teacher-training specialty. The main issue of the research is the difference of social representations about «the contemporary hero» in students of different specialties and different values.

Design. The methods include the author's questionnaire for revealing social representations that consists of incomplete sentences, open and associated questions, and also the technique for identifying Schwartz’s values. The sample consists of 96 students representing 4 careers (physical training, psychology, defectology, elementary education).

Research Results. The results of the study show that within the given groups insignificant statistical distinctions on values are revealed. However, character and discrepancy of values are different within the 4 groups under consideration. In the groups with inconsistent structure of values social representations are also inconsistent: the students have no example for identity, they cannot identify names of particular persons to the hero image, definition of the hero and the specified persons do not coincide. In contrast, within the group of harmonious structure of values specified persons, exemplary models for imitation coincide with that definition of “the contemporary hero”. The most harmonious structure of values and less inconsistent social representations about «the contemporary hero» are revealed in Physical Training students, whose most inconsistent values and social representations are revealed in the group of Psychology students.

Conclusion. Stereotypical interiorized social representations about “«the contemporary hero” are dominant in the student, which does not allow them to transfer that image to the future subordinates. The major part of the students do not see examples for imitation and for identification among celebrities. Researches on a more vast sample will allow to specify the data to develop recommendations for updating the youth policy in this field.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Необходимость совершенствования молодежной политики в нашей стране вызвана негативными тенденциями, характерными для современного общества. Одним из ориентиров для ее разработки и определения проблемных областей может стать поиск регуляторов социального поведения молодежи.

Цель. Целью исследования было изучение социальных представлений о современном «герое нашего времени» у студентов психолого-педагогической направленности. Основная исследовательская проблема – изучение различий социальных представлений у студентов с разными ценностями и профессиональной направленностью.

Описание хода исследования. Методический инструментарий включает авторскую анкету для изучения социальных представлений, состоящую из незаконченных предложений, открытых и ассоциативных вопросов. Для диагностики ценностей применялась методика Ш. Шварца. Выборка составила 96 студентов одного из университетов Северо-Западного федерального округа.

Результаты исследования. Результаты исследования показали, что статистические различия по ценностям между группами незначительны. При этом наблюдаются различия в характере их представленности у различных групп студентов. Выявлено, что в группах с противоречивой структурой ценностей социальные представления также противоречивы – студенты не имеют примера для идентификации, не упоминают конкретных личностей в качестве героя, определение героя и указанные персоналии не совпадают. В группе с гармоничной структурой ценностей больше упоминаются конкретные персоналии, примеры для подражания совпадают с собственным пониманием «героя нашего времени».

Выводы. Среди студентов доминируют стереотипные неинтериоризированные социальные представления о «герое нашего времени», что не позволит им транслировать этот образ своим будущим воспитанникам. Большая часть студентов не видит примеры для подражания и для идентификации среди современных известных личностей. Исследования на более развернутой выборке позволят уточнить полученные данные и выработать рекомендации по корректировке молодежной политики в этой области.

Authors / Авторы: Kuznetsova O. E. / Кузнецова О.Е.

Корнеев А.А., Ломакин Д.И. Запоминание и воспроизведение последовательности движений младшими школьниками и подростками: возрастные особенности допускаемых ошибок. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 129-138

Korneev A.A., Lomakin D.I. (2018) Memorizing and reproducing the sequence of movements by younger schoolchildren and adolescents: age-specific mistakes. National Psychological Journal. 3, 129-138.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. The paper describes the results of the experimental study of working memory in early schoolchildren and adolescents. The capacity of working memory develops through preadolescence to adolescence, while the developmental changes of representations of serial order are not clear enough so far.

Objective. The accuracy of delayed reproduction of movements (the open polygonal chains, trajectories) reveals. The sample included 32 early schoolchildren (mean age 10.4±0.75 years old) and 25 adolescents (mean age 14.6±0.3 years old). The subjects reproduced trajectories of different length (from 4 to 6 elements) using the graphical tablet. Another factor in the experiment carried out was a mode of stimulus presentation: the trajectories in were presented either as a static line-drawing (static mode) or a small moving pointer (dynamic mode).

Design. The errors of reproduction in two age groups and in different conditions were analyzed. We distinguished three types of errors: (1) severe distortions which are caused by inability to keep the sequence in working memory; (2) insertions or omissions of elements of the trajectory which are related to the problems of encoding the visual spatial information in the motor representation; (3) distortions of proportions of the trajectories, which are related with visual-motor coordination during motor reproduction of the sequences.

Research results showed that in adolescence the accuracy of delayed reproduction is better than in early ages. The most obvious difference in accuracy between the groups of early schoolchildren and adolescents were observed in dynamic mode. The analysis of different types of errors revealed that adolescents less often make insertions and omissions of elements. It may be caused by development of executive functions in adolescents.

Conclusion. The study showed that the capacity of working memory increases in adolescents. In addition, the precision of the representation of serial information are higher in adolescents in the more complicated dynamic mode.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Известно, что при переходе от младшего школьного к подростковому возрасту происходит улучшение рабочей памяти, прежде всего, ее объема. Однако недостаточно исследована специфика изменений репрезентации серийной информации в рабочей памяти в этот возрастной период, которая может объяснить механизмы этого улучшения.

Цель. В данной работе предпринимается попытка исследования этого вопроса с помощью анализа особенностей запоминания и отсроченного двигательного воспроизведения серийных последовательностей, заданных зрительным образцом. Исследование проводилось в двух возрастных группах: детей 9–11 лет и подростков 14 лет. Нами проверялись ряд гипотез, направленных на изучение особенностей рабочей памяти детей и подростков.

Описание хода исследования. В исследовании приняли участие младшие школьники – 32 человека в возрасте 10.4±0.75 лет и подростки – 25 человек в возрасте 14.6±0.3 лет. Задачей испытуемых было отсроченное воспроизведение на графическом планшете ломанных кривых разной длины (от 4 до 6 элементов), предъявляемых разными способами (либо статически в виде рисунка, либо динамически – с помощью движущегося, но не оставляющего следа курсора).

Результаты исследования. Анализировались ошибки, допускаемые испытуемыми разных возрастов в различных экспериментальных условиях. Было выделено три типа ошибок: грубые искажения стимулов, добавление или пропуск элементов последовательности и нарушение пропорций стимульной траектории. Статистический анализ показал, что число ошибок у детей 9–11 лет и подростков, в целом, различается незначимо (p=0.1), однако есть значимое взаимодействие возраста и режима предъявления (p=0.017). Возрастные различия заметны при динамическом предъявлении стимула и практически отсутствуют в статическом режиме. Анализ ошибок разного типа показал значимые различия между возрастными группами только в отношении ошибок усложнения и упрощения траекторий (p=0.041).

Выводы. На основании полученных данных можно говорить о том, что у подростков увеличивается объем удерживаемой в рабочей памяти серийной информации и повышение точности ее репрезентации в более сложной ситуации динамического предъявления. При этом в силу ограниченных способностей подростков точность воспроизведения (и репрезентации) у них снижается при усложнении задачи. Меньшее число ошибок добавления или пропуска элементов в старшей группе может быть связано с развитием управляющих функций в подростковом возрасте.

Authors / Авторы: Korneev A.A. / Корнеев А. А. ; Lomakin D.I. / Ломакин Д. И.

Нуркова В.В., Гофман А.А. Намеренное забывание: современное состояние и перспективы исследований. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 117-128

Nourkova V.V., Gofman A.A. (2018). Intentional Forgetting: Current Status and Future Prospects of Research. National Psychological Journal. 3, 117-128.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. Classical psychology has considered forgetting as a negative process of failure of memorization and extraction, but did not deem it a separate mental process with specific features. The pioneer studies of intentional forgetting were conducted only in the late 1960s. Therefore, it seems to us relevant to present an analysis of the research methods that have been used to study purposeful forgetting.

The Objective is to analyze thoroughly intentional forgetting in modern cognitive psychology and to justify the assumption that the productive development of intentional forgetting issues should be associated with the priority attention to the regulating function of the mnemonic goal and its structure. A hypothesis lies in the fact that a particular operation of the mnemonic action of forgetting consists in disconnecting the content links between the constituent mnemonic elements made during memorizing process.

Design. Two of the most common experimental procedures for inducing the effect of reducing the reproduction of stimulus material after the "Forget" instruction are described: the item method and the list method. The results show four ways of interpreting the intentional forgetting effect: the aspirations of the subjects to meet the experimenter's expectations, selective encoding and selective processing of the material presented, the mechanism of active "retrieval inhibition" and eliminating the mnemonic trace. The concept of mnemonic action introduced in the works of P.I. Zinchenko and the concept of the mnemonic scheme as a program for the subsequent reproduction of V.Ya. Lyaudis are considered.

The Research Results suggest that when trying to perform an inadequate mnemonic query, the subject is forced to implement an additional operation, which may be attributed to potential forgetting operations. The development of this hypothesis consists in the theoretical description of operations that destroy the existing mnemonic scheme, followed by an empirical test of their amnesogenic effectiveness. Such an approach can be used in further studies of intentional forgetting.

Conclusion. Encoding and processing of mnemonic material, extraction, and the mechanism for inhibited reproduction play a role in shaping the effect of intentional forgetting. Considering the fact that the mnemonic trace can fade over time or for other reasons, forgetting is deemed as a multifaceted process. Prospects for the development of this subject area should be conducted using the mnemonic construct.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Классическая психология долгое время рассматривала забывание как негативный процесс сбоя запоминания и извлечения, а не как отдельный психический процесс, имеющий собственную специфику. Первые исследования намеренного целенаправленного забывания были проведены только в конце 1960-х гг. Поэтому нам представляется актуальным представить анализ имеющих место методик исследования целенаправленного забывания.

Цель. Дать обоснованный анализ исследований намеренного забывания в современной когнитивной психологии и обосновать положение о том, что продуктивное развитие проблематики намеренного забывания должно быть связано с приоритетным вниманием к регулирующей функции мнемической цели и ее структуре. Выдвигается гипотеза о том, что специфическая операция мнемического действия забывания заключается в активном размыкании сформированных в процессе запоминания содержательных связей между составляющими мнемосхему элементами.

Описание хода исследования. Описываются две наиболее распространенные экспериментальные процедуры индукции эффекта снижения уровня воспроизведения стимульного материала после инструкции «забыть»: метод-элементов (the item method) и лист-метод (the list method). Полученные результаты рассматриваются относительно четырех типов интерпретации эффекта намеренного забывания: стремления испытуемых соответствовать ожиданиям экспериментатора, избирательного кодированием и избирательной обработки материала, механизма активного «сдерживания воспроизведения» (retrieval inhibition) и уничтожения мнемического следа. Рассматривается введенное в работах П.И. Зинченко понятие мнемического действия и концепция мнемосхемы как программы последующего воспроизведения В.Я. Ляудис.

Результаты исследования. Результаты исследований позволяют предположить, что, пытаясь выполнить неадекватный мнемосхеме запрос, испытуемый вынужденно реализует дополнительную операцию, которую, по нашему мнению, можно отнести к потенциальным операциям забывания. Развитие данной гипотезы заключается в теоретическом описании операций, подвергающих деконструкции сложившиеся мнемосхемы, с последующей эмпирической проверкой их амнезогенной эффективности. Такой подход перспективен для продуктивного развития проблематики намеренного забывания.

Выводы. Особенности функционирования процессов кодирования и обработки мнемического материала, специфика извлечения, а также механизм сдерживания воспроизведения в той или иной степени играют роль в формировании эффекта намеренного забывания. Учитывая тот факт, что мнемический след может угасать с течением времени или по другим причинам, забывание видится нам как многофакторный процесс. Перспективы развития данной предметной области, на наш взгляд, заключаются, в первую очередь, в пристальном внимании к конструкту мнемической цели.

Authors / Авторы: Nourkova, Veronika V. / Нуркова Вероника Валерьевна ; Gofman, Alyona A. / Гофман Алёна Алексеевна

Корниенко А.Ф. Природа психики и психической формы отражения. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 104-116

Kornienko A.F. (2018) The nature of psyche and mental form of reflection. National Psychological Journal. 3, 104-116.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. The question about nature and essence of psyche and psychical form of reflection till now is opened in spite of effort of many scientists. As a result the problem of scientific definition of psyche and its nature is being one of the most fundamental problems in psychology.

The Objective of the research is to show: a) where the complexity of solving the problem of psyche lies; b) what logic options of solving this problem that are offered in national psychology, particularly in the works of А.N. Leontev and N.I. Chuprikova, can be adduced and why they are insolvent; c) how it is possible to solve the problem of psyche and mental form of reflection using the major concepts of the reflection theory and adequacy concept of behaviour in constantly changing conditions of reality.

Design. The term “psyche” as a theoretical concept is introduced to explain the ability of living organism (opposed to lifeless) to react to external impact by various activity. Critical analysis of natural-scientific definitions of psyche in the works of А. N. Leontiev and N.I. Chuprikova is presented.

Their discrepancy and insufficient scientific background are shown. Main assumptions of the reflection theory are coined, and further definitions of non-mental forms of reflection (e.g. biochemical, physiological, neurophysiological) and also essence of psyche and specific features of psychical forms of reflection are shown. The paper presents a model that reverberates the author’s idea about the dynamics of the evolving psyche and mental processes (e.g. cognitive, emotional, volitionary) due to which mental forms of reflection and of behaviour regulation are fulfilled.

Results. The analysis of natural-scientific definitions of psyche and mental form of reflection that the national psychology dwells upon show their inconsistency and scientific insolvency. The author's version of solving the problem of psyche and determining specific features of mental form of reflection are given an account based on the major concepts of the reflection theory and the need for behaviour adequacy.

Conclusions. In order to shape the essence of psyche, specific features of mental form of reflection and features of mental processes it is necessary to distinguish forms of reflection, allocation of their functions and constraints. Reflection which can be attributed to non-mental (e.g. biochemical, physiological, neurophysiological) form, does not allow to provide behaviour adequacy in a rapidly changing conditions of reality. Based on reflection, behavior always occurs with certain delay in time. If eliminated, this drawback is provided by occurrence of a brain and a property named “psyche”, which provides mental form of reflection as reflection of the near future of objective reality.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Вопрос о том, какова природа и сама сущность того, что в психологии называется «психикой» и «психической формой отражения», несмотря на усилия многих ученых, до сих пор остается открытым. В силу этого проблема научного определения психики и ее природы является одной из фундаментальных проблем психологии.

Цель проведенного нами теоретического исследования состоит в том, чтобы показать: а) в чем состоит сложность решения проблемы психики; б) каковы логические основания вариантов решения проблемы, предлагаемых в отечественной психологии в работах А.Н. Леонтьева и Н.И. Чуприковой, и почему их следует признать несостоятельными; в) как можно решить проблему психики и психической формы отражения на основе базовых положений теории отражения и понятия об адекватности поведения организма в постоянно изменяющихся условиях действительности.

Описание хода исследования. Излагается изначальное понимание термина «psyche» как теоретического понятия, введенного для объяснения способности живого тела, в отличие от неживого, реагировать на внешние воздействия различными формами активности. Представлен критический анализ логических оснований попыток естественнонаучного определения психики в работах А.Н. Леонтьева и Н.И. Чуприковой. Показана их противоречивость и недостаточная научная обоснованность. Формулируются основные положения теории отражения, на основе которых даются определения особенностей допсихических форм отражения (биохимической, физиологической, нейрофизиологической), а также сущности психики и специфики психических форм отражения. Представлена схема, отражающая представление автора о динамике эволюционного развития психики и психических процессов (познавательных, эмоциональных, волевых), благодаря которым реализуется психическая форма отражения и соответствующие психические формы регуляции поведения субъекта.

Результаты исследования. Проведенный анализ логических оснований естественнонаучных определений психики и психической формы отражения показал их противоречивость и научную несостоятельность. Представлен авторский вариант решения проблемы психики и определения специфики психической формы отражения на основе базовых положений теории отражения и необходимости обеспечения адекватности поведения субъекта.

Выводы. Для определения сущности психики, специфики психической формы отражения и особенностей психических процессов необходимо четкое разграничение различных форм отражения, выделение их функциональных возможностей и ограничений. Формы отражения, которые можно отнести к допсихическим (биохимическая, физиологическая, нейрофизиологическая), не позволяют обеспечить адекватность поведения организма в условиях быстро изменяющейся действительности. Устранение этого недостатка обеспечивается появлением у организма мозга и его особого свойства, именуемого «психикой», благодаря которому реализуется психическая форма отражения.

Authors / Авторы: Kornienko A.F. / Корниенко А.Ф.

Иванников В.А. Представления о природе и происхождении психики в ранних работах А.Н. Леонтьева. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 98-103

Ivannikov V.A. (2018) Representations of the nature and origin of human psyche in the early works of A.N. Leontiev. National Psychological Journal. 3, 98-103.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. The issue of the nature and origin of human psyche as a universal puzzle does not have a final solution for today. So, ideas about the subject matter of psychology, the issue of nature and the origin of human psyche discussed by A.N. Leontiev have not lost their significance for modern psychology.

Objective is to introduce the original assumptions of A.N. Leontiev that he coins discussing the nature of human psyche psyche and its origin in the course of the evolution of living beings.

Design. In this paper, the early representations of A.N. Leontiev about the nature and origin of human psyche are analyzed. The heuristic assumption of A.N. Leontiev about some living beings possessing the ability to react to external influences by displaying deep emotion or changing their primary sensation of various modality, which can be considered a pre-mental (biological) reflection, which further sets as reflection. The external objective activity of living beings changes their feelings as if they refer organism condition. The activity allows not only to create a motor image of the behaviour space, but also to use the primary experiences (feelings) to create ideas about the objects.

Results. These assumptions make it possible to view the psyche as a representation of the subject of activity and perception about the objective conditions and integral objects of the behavioural space that create the illusion of opening up the space for one's behavior. Such illusion arises due to the actual physical interaction of the subject of behaviour with the real objects of the external world.

Conclusion. A.N. Leontiev’s assumptions about the nature and origin of human psyche allow to elaborate a number of important provisions on this issue, which will be of great interest for modern psychologists and will occupy a worthy place in the theory of psychological science.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Проблема природы и происхождения психики как мировая загадка не имеет окончательного решения и на сегодняшний день. Поэтому идеи о проблеме предмета психологии, о проблеме природы и происхождения психики, высказанные А.Н. Леонтьевым, не потеряли своего значения для современной психологии.

Цель исследования: познакомить с оригинальными предположениями А.Н. Леонтьева, которые он делает, рассуждая о вопросах природы психики и ее зарождении в ходе эволюции живых существ.

Описание хода исследования. Этапы (если есть) и методы исследования. Описание выборки. В работе анализируются ранние представления А.Н. Леонтьева о природе и происхождении психики. Рассматривается в качестве эвристичного предположение А.Н. Леонтьева о наличии у некоторых живых существ способности реагировать на внешнее воздействие изменением своего состояния в виде переживания или первичного ощущения (чувствования) различной модальности, которое можно считать до-психическим (биологическим) отражением, которое затем посредством включения их в деятельность живых существ переходит в психическое отражение. Внешняя предметная деятельность живых существ меняет их чувствования как состояния организма. Деятельность позволяет не только создавать двигательный (моторный) образ пространства поведения, но и использовать первичные переживания (чувствования) для создания представлений о предметах поля деятельности.

Результаты исследования. Эти предположения позволяют рассматривать психику как представление субъекта деятельности и восприятия о предметных условиях и целостных объектах поведенческого пространства, создающих у него иллюзию открытия для себя пространства своего поведения. Такая иллюзия возникает, благодаря реальному физическому взаимодействию субъекта поведения с реальными объектами внешнего мира.

Выводы. Изложенная позиция А.Н. Леонтьева о природе и происхождении психики позволяет сформулировать ряд важных положений по этой проблеме, которые, несомненно, будут интересны современным психологам и займут достойное место в теории психологической науки.

Authors / Авторы: Ivannikov V.A. / Иванников В.А.

Малыгин В.Л., Меркурьева Ю.А., Шевченко Ю.С., Малыгин Я.В., Пономарева М.В. Сравнительные особенности психологических свойств и социальной адаптации интернет-зависимых подростков и подростков, зависимых от каннабиноидов. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 90-97

Malygin V.L., Merkurieva Yu.A., Shevchenko Yu.S., Malygin Ya.V., Ponomareva M.V. (2018) Psychological features and social adaptation of internet-addicted adolescents and adolescents with cannabinoid addiction. National Psychological Journal. 3, 90-97.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

The Objective of the research is to study the characteristics of character properties, emotional intelligence, social psychological adaptation of Internet addicted adolescents and adolescents addicted with drugs.

Design. A comparative study of the psychological properties of cannabinoid addicted adolescents (n = 20) and Internet addicted adolescents (n = 20), and also healthy adolescents without symptoms of addiction (n = 20) is conducted. The following methods are used in the study: Barratt’s impulsiveness scale (BIS-11), 1987, adapted by T.I. Medvedeva and S.N. Enikolopov, 2015, Cloninger temperament and character questionnaire (TCI-125), 1991, adapted by N.A. Almaev and L.D. Ostrovskaya, 2005, the methodology for diagnosing emotional intelligence MSCEITV 2.0 2002, adapted by E.A. Sergienko, N.I. Vetrova, 2009, the methodology for diagnosing the social psychological adapted by K. Rogers and R. Diamond, 1954, adapted by A.K. Osnitsky, 2002, Chen Internet Addiction Scale (CIAS), 2003 adapted by V.L. Malygin and K.A. Feklisov, 2010

Results. Adolescents with Internet addiction and adolescents with cannabinoid addiction have a certain similarity in a number of characteristic features. They are characterized by a more pronounced motor impulsiveness, low self-control, low self-esteem, dependence on other individulas and circumstances, lack of clear life goals. In general, if compared to healthy adolescents they appear to be infantile individuals, socially maladjusted, more often experiencing emotional discomfort, which can result in pathologies, i.e. particularly various types of addictive behaviour. Simultaneously, Internet-dependent adolescents are significantly different from those with cannabinoid addiction. They are characterized by a lower level of transcendence and a lesser inclination to spiritual practices and transpersonal experience accordingly. They have a low level of search for novelty, which characterizes them as conservative, rigid and passive individuals.

Conclusion. The data obtained reveal certain differences in the psychological mechanisms of Internet addiction and dependence on drugs. Psychological mechanisms of adolescent Internet addiction and dependence on cannabinoids have significant differences.

Цель. Целью исследования стало изучение особенностей характерологических свойств, эмоционального интеллекта, социально-психологической адаптации интернет-зависимых подростков и подростков, зависимых от наркотиков.

Описание хода исследования. Проведено сравнительное исследование психологических свойств подростков, зависимых от каннабиноидов (n=20) и подростков с интернет-зависимостью (n=20), а также условно-здоровых подростков без признаков зависимости (n=20). В исследовании были использованы следующие методики: шкала импульсивности Барратта (BIS – 11) 1987 г. в адаптации Т.И. Медведевой и С.Н. Ениколопова 2015 г., опросник темперамента и характера Клонинджера (TCI-125) 1991 г. в адаптации Н.А. Алмаева, Л.Д. Островской 2005 г., методика диагностики эмоционального интеллекта MSCEITV 2.0 2002 г. в адаптации Е.А. Сергиенко, Н.И. Ветровой 2009 г., методика диагностики социально-психологической адаптации К. Роджерса и Р. Даймонда 1954 г. в адаптации А.К. Осницкого 2002 г., Шкала интернет-зависимости Чен (CIAS) 2003 г. в адаптации В.Л. Малыгина и К.А. Феклисова 2010 г.

Результаты исследования. Подростки с интернет-зависимостью и подростки с зависимостью от каннабиноидов имеют определенное сходство по ряду характерологических черт. Они отличаются более выраженной моторной импульсивностью, низким самоконтролем, низкой самооценкой, зависимостью от других людей и обстоятельств, отсутствием ясных жизненных целей. В целом, по сравнению с условно-здоровыми подростками, они предстают как инфантильные личности, социально дезадаптированные, чаще испытывающие эмоциональный дискомфорт, что может подталкивать их к патологическим формам адаптации, в частности, различным вариантам зависимого поведения. В то же время, интернет-зависимые подростки существенно отличаются от подростков с зависимостью от каннабиноидов. Они характеризуются меньшим уровнем трансцендентности и, соответственно, меньшей склонностью к духовным практикам и трансперсональному опыту. У них отмечается низкий уровень поиска новизны, что характеризует их как более консервативных, ригидных и пассивных.

Выводы. Полученные данные свидетельствуют об определенных различиях в психологических механизмах формирования интернет-зависимости и зависимости от наркотиков. Психологические механизмы формирования зависимости у подростков с интернет-аддикцией и подростков, зависимых от каннабиноидов, имеют значимые различия.

Authors / Авторы: Malygin V.L. / Малыгин В.Л. ; Merkurieva Yu.A. / Меркурьева Ю.А. ; Shevchenko Y.S. / Шевченко Ю.C. ; Malygin Ya.V. / Малыгин Я.В. ; Ponomareva M.V. / Пономарева М.В.

Авербух Н.В. Субъективный метод изучения особенностей переживания феномена присутствия. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 69-89

Averbukh N.V. (2018) A subjective study of the presence experience phenomenon. National Psychological Journal. 3, 69-89.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. Presence phenomenon is aт important component of human interaction using virtual reality. Virtual reality is used actively in such spheres as Education, Research, Psychotherapy, Surgery, Entertainment and Games. The hidden part of the presence experience phenomenon deserves great interest. The researcher has to answer the following questions when conducting a research: 1. what exactly does the person experiencing the presence feel? 2. how much does a person "forget" about what is happening around them in the real world? 3. is it possible to simultaneously feel one’s presence in both worlds – real, where a person is physically present, and virtual, where a person is immersed by specific hardware and software that generate virtual reality?

The Objective of the paper is to provide a description of the subjective presence experience, to show features of presence experience types.

Design. The paper includes the review of modern research on the presence phenonmenon. The course of the study is described: conditions for experiencing the phenomenon of presence (e.g. virtual flight over the city) were designed to coincide with theoretical factors that enhance or weaken the experience of the phenomenon of presence. Following the first stage, the subjects were interviewed using structured interviews in order to systematize their subjective experience. The paper provides a qualitative analysis of the test subjects' answers. The study involved 18 people, 5 males and 13 females aged 18 to 28 years.

Results. The influence of factors contributing to the emergence of presence is reflected in the subjective experience, types of experiencing different types of presence (e.g. environmental, social, personal) were highlighted. The contradictory notions about the position of one's body, the location of other people and other components of the phenomenon of presence are shown.

Conclusion. The phenomenon of presence is a complex experience within which the perception of time, space, body, physical laws is distorted.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Феномен присутствия – неизменная составляющая опыта взаимодействия человека со средами виртуальной реальности, которые активно применяются в образовательных, научных, медицинских и развлекательных целях. Большой интерес представляет внутренняя, субъективная сторона этого феномена. Как протекает проживание присутствия? Что именно чувствует человек, переживающий этот феномен, насколько он «забывает» о происходящем вокруг него в реальном мире, возможно ли одновременное ощущение своего нахождения в обоих мирах – реальном, где он находится физически, и виртуальном, куда он погружен за счет использования специфической техники, генерирующей виртуальную реальность?

Цель данной работы – представить описание субъективного переживания феномена присутствия, показать особенности протекания различных типов присутствия.

Описание хода исследования. Данная работа содержит обзор, представляющий современное состояние области исследования феномена присутствия. Вводятся основные понятия. Описывается ход исследования: испытуемым были предложены условия для переживания феномена присутствия (виртуальный полет над городом), подобранные с учетом теоретических факторов, усиливающих или ослабляющих переживание феномена присутствия. После этого испытуемые были опрошены с использованием структурированного интервью для того, чтобы систематизировать их субъективный опыт. В работе приводится качественный анализ данных испытуемыми ответов. В исследовании участвовали 18 человек, 5 мужчин и 13 женщин в возрасте от 18 до 28 лет.

Результаты исследования и выводы. Было показано, как влияние факторов, способствующих возникновению присутствия, отражается в субъективном опыте, были продемонстрированы варианты переживания различных типов присутствия (средовое, социальное, личностное). Показаны возникающие при проживании феномена присутствия противоречивые представления о положении своего тела, о местонахождении других людей и другие составляющие феномена присутствия.

Выводы. Феномен присутствия является сложным переживанием, при котором искажается восприятие времени, пространства, своего тела, физических закономерностей.

Authors / Авторы: Averbukh N.V. / Авербух Н.В.

Молчанов С.В., Алмазова О.В. , Поскребышева Н.Н. Когнитивные способы переработки социальной информации из интернет-сети в подростковом возрасте. // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 57-68

Molchanov S.V., Almazova O.V., Poskrebisheva N.N. (2018). Cognitive methods of processing social information on the Internet in adolescence. National Psychological Journal. 3, 57-68.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. Within the conditions of information socialization that is transforming communication and placing high demands on the ability of the individual to search, select, critically comprehend social information for decision-making and carrying out moral choices, a new social situation has developed. The research of the relationship between cognitive methods of processing social information on the Internet and shaping the worldview and ideas about the moral regulation in adolescents makes it possible to study the patterns of personality development in the unity of the cognitive and value-moral spheres.

The Objective of the research is to identify cognitive methods of processing social information on the Internet as a factor of developing a picture of the world in adolescent users with varying degrees of involvement and the risk of Internet addiction and moral regulation of relationship between them.

Hypothesis. Cognitive methods of processing information on the Internet are connected with the level of Internet addiction - a high level of Internet addiction corresponds to the low efficiency of cognitive methods of processing information. These methods influence the emerging system of major beliefs and worldview characteristics, and level of sensitivity to situations of moral choice.

Design. The author’s method of assessing social information on the Internet based on Crick and Dodge model (1994), Chen method for diagnosing Internet-addictive behaviour, «The scale of basic beliefs of the person» of R. Yanoff-Bullman (Kalmykova , Padun, 2002), and the author’s method of assessing moral aspects were used. The study involved 84 adolescents from 13 to 18 years (46% males and 54% females).

Results. A comparative analysis of the effectiveness of cognitive processing cycles was conducted and gender differences were revealed. The relationship between Internet addiction and the effectiveness of cognitive processing methods of information on the Internet is verified. The significance of interpretation, behaviour assessment and the ability to construct social adaptive behaviour in communication to shape the major beliefs and moral attitude in adolescence are shown.

Conclusion. There are differences in the effectiveness of cognitive processing cycles of information. High efficiency of short-term, long-term, medium-term perspectives and behavioural responses and the ability to choose adequate social behavior corresponds to a relatively low productivity of interpretation. Internet addiction is interrelated with the low productivity of interpretation. Moral attitude is mediated by the age features of adolescent self-awareness and is related to the effectiveness of information interpretation, the evaluation of behavioural consequences and the choice of appropriate ways of social interaction.

Актуальность тематики статьи В условиях информационной социализации, трансформирующей коммуникацию и предъявляющей высокие требования к способности личности осуществлять поиск, отбор, критическое осмысление социальной информации для принятия решений и осуществления моральных выборов, сложилась новая социальная ситуация развития. Исследование у подростков взаимосвязи когнитивных способов переработки социальной информации из интернет-сети и формирования мировосприятия и представлений о моральной регуляции отношений позволяет изучить закономерности развития личности в единстве когнитивной и ценностно-моральной сфер.

Цель исследования– изучение особенностей когнитивных способов переработки социальной информации из интернет-сети как фактора формирования картины мира у подростков-пользователей с различной степенью вовлеченности и риском интернет-зависимости и моральной регуляции отношений между ними.

Гипотезы исследования. Когнитивные способы переработки информации из сети-интернет связаны с уровнем интернет-зависимости – высокий уровень интернет-зависимости соответствует низкой эффективности когнитивных способов переработки информации. Эти способы влияют на складывающуюся систему базисных убеждений личности и особенности мировосприятия, а также на уровень моральной чувствительности к ситуациям морального выбора.

Описание хода исследования. Была применена авторская методика когнитивных способов оценивания социальной информации из сети интернет, разработанная на основе модели Крика и Доджа (Crick, Dodge, 1994), методика диагностики интернет-зависимого поведения Чен, методика «Шкала базисных убеждений личности» Р. Янофф-Бульман (Калмыкова, Падун, 2002), авторская методика выявления уровня моральной чувствительности. В исследовании приняли участие 84 подростка от 13 до 18 лет, из них 46,% юношей и 54% девушек.

Результаты. Проведен сравнительный анализ эффективности циклов когнитивной переработки информации и выявлены гендерные различия. Доказана связь подверженности подростков интернет-зависимости и эффективности используемых ими способов когнитивной переработки информации из интернет-сети. Показано значение интерпретации, оценки последствий поведения и способности конструировать социально-адаптивное поведение в коммуникации для формирования базисных убеждений и моральной чувствительности в подростковом возрасте.

Выводы исследования. Выявлены различия в эффективности циклов когнитивной переработки информации, показано, что высокая эффективность оценки краткосрочных, долгосрочных, среднесрочных перспектив действий и поведенческих реакций и способности выбирать адекватные социальные формы поведения соответствует относительно низкой продуктивности интерпретации. Выяснилось, что выраженность интернет-зависимости взаимосвязана с низкой продуктивностью интерпретации. Показано, что моральная чувствительность опосредствована возрастными особенностями самосознания подростков и связана с эффективностью интерпретации информации, оценки последствий поведения и выбора адекватных форм социального взаимодействия.

Authors / Авторы: Molchanov S.V. / Молчанов С. В. ; Almazova, Olga V. / Алмазова Ольга Викторовна ; Poskrebysheva N.N. / Поскребышева Н. Н.

Солдатова Г.У., Рассказова Е.И. Краткая и скрининговая версии индекса цифровой компетентности: верификация и возможности применения // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 47-56

Soldatova G.U., Rasskazova E.I. (2018) Brief and screening versions of the Digital Competence Index: verification and application possibilities. National Psychological Journal. 3, 47-56.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. Diagnostics of the schoolchildren digital competence is now an important educational task that requires an index applicable to children of the early school age and brief enough for population studies. The Digital Competence Index (DCI) as a component of social competence was proposed for measuring knowledge, skills, motivation and responsibility / security online in each of the following areas: content, communication, consumption, and technologicalsphere.

Objective. The development and subsequent verification of a brief and screening versions of DCI, and also the study of DCI in children under 12 years of age.

Design. During the first stage based on the first sample of DCI approbation, items with the highest correlation with each subscale were selected. Digital competence was assessed on the basis of the Index as well as the solution of experimental tasks. User activity was assessed using EU-Kids online methodology. During the second stage, the methodwas verified in the sample of children aged 7-11 and parents of children of primary school age. User activity was measured as well. The children also filled measure of Excessive Internet Use from EU-Kids online methodology and the Dembo-Rubinstein scales assessing their general and online self-esteem.

Sample. The first study included 1203 adolescents aged 12-17 and 1209 parents. The second sample included 50 children aged 7-11 years old and 100 parents of children aged 5-11 years.

Results. In the first study a brief version (32 points) allows to reliably (alpha 0.69-0.85) evaluate the four components and index ensuring the prediction accuracy of more than 90%. The screening version (16 points) makes it possible to reliably (0.71-0.73) estimate the overall index with the prediction accuracy of more than 85%. Both versions reproduced the basic patterns of the differences between correctly and incorrectly solved digital competence tasks by teenagers and parents. According to the second study, brief and screening versions can be used with the primary school age, although the screening version allows to estimate only the general index, but not the components of digital competence. The average digital competence of children 7-11 years old is 30% of the maximum possible, parents take 46%, which demonstrates the improvement of digital competence in the recent five years. Digital competence in both children and parents is associated with greater user activity, and in children – with a more positive self-esteem online and signs of excessive Internet use. In parents correct answers to the digital competence tasks were associated with greater competence, primarily on the components of responsibility/safety and skills.

Conclusion. The data support the possibility of using the screening version of the Digital Competence Index to obtain the general indicator in diagnosing adults and children of the primary school age, whereas a brief version of the DCI can be used not only as an overall index but also of its components.

Актуальность. Диагностика цифровой компетентности школьников является важной задачей образования, требующей индекса, применимого начиная с младшего школьного возраста и достаточно краткого, для использования в популяционных исследований. Индекс цифровой компетентности (ИЦК) как составляющей социальной компетентности был предложен для диагностики знаний, умений, мотивации и ответственности/безопасности онлайн в каждой из четырех сфер – работе с контентом, коммуникации, потреблении и техносфере.

Цель. разработка и последующая верификация краткой и скрининговой версий индекса цифровой компетентности, а также исследования возможностей его применения в возрасте до 12 лет. Этапы и методы исследования. На первом этапе на основе исходной выборки апробации индекса из каждой субшкалы были отобраны пункты, максимально точно ее оценивающие. Цифровая компетентность оценивалась на основе индекса и решения тестовых задач, так же оценивалась пользовательская активность. На втором этапе проводилась верификация методики в выборке детей 7–11 лет и родителей детей младшего школьного возраста. Дополнительно при помощи шкал Дембо-Рубинштейн оценивалась самооценка детей в целом и онлайн, а также на основе методологии EU-Kids online – признаки чрезмерного пользования интернетом.

Выборка. В первом этапе приняли участие 1203 подростка 12–17 лет и 1209 родителей. Во втором этапе участвовали 50 детей 7–11 лет и 100 родителей детей 5–11 лет.

Результаты исследования. Согласно первому этапу, краткая версия (32 пункта) позволяет надежно (альфа 0,69–0,85) оценить основные компоненты и индекс, обеспечивая точность предсказания более 90%. Скрининговая версия (16 пунктов) позволяет надежно (0,71–0,73) оценить общий индекс с точностью предсказания более 85%. Обе версии позволяют воспроизвести основные паттерны различий между правильно и неправильно решившими тестовые задания подростками и родителями. Согласно второму этапу, краткая и скрининговая версия могут использоваться, начиная с младшего школьного возраста, хотя скрининговая версия позволяет оценить лишь общий индекс, но не компоненты цифровой компетентности. Средняя цифровая компетентность детей 7–11 лет составляет 30% от максимально возможного, родителей – 46%, что свидетельствует в пользу улучшения цифровой компетентности за последние пять лет. Цифровая компетентность и у детей, и у родителей связана с большей пользовательской активностью, а у детей – с положительной самооценкой онлайн и признаками чрезмерного использования интернета. У родителей правильные ответы на тестовые задания связаны с большей компетентностью, в первую очередь, по компонентам ответственности/безопасности и умений.

Выводы. Данные свидетельствуют в пользу возможности применения скрининговой версии индекса цифровой компетентности для получения общего показателя в диагностике взрослых и детей, начиная с младшего школьного возраста, тогда как краткая версия ИЦК может применяться с оценкой не только общего показателя, но и его компонентов.

Authors / Авторы: Soldatova, Galina U. / Солдатова Г. У. ; Rasskazova E.I. / Рассказова Е.И.

О.А. Карабанова, С.В. Молчанов Риски негативного воздействия информационной продукции на психическое развитие и поведение детей и подростков // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 37-46

Karabanova O.A., Molchanov S.V. (2018). Risks of negative impact of information products on mental development and behavior of children and adolescents. National Psychological Journal. 3, 37-26.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. The high importance of the media as an institution of socializing the new generation in the modern information society is highlighted. Along with positive opportunities created by the media and the Internet for training and education, it is necessary to point to the growing risks associated with the ambiguity of the impact of the media on the mental and psychological health and also child and adolescent development.

The Objective of the paper is to consider the risks of socialization associated with the openness and accessibility of the information space. There are psychological features of   child and adolescent perception of information products containing aggression and violence, information products of sexual content, products that cause fear and anxiety, and also methods used in the media to justify morally antisocial, deviant, aggressive behaviour and violence.

The Results of the analysis allowed to identify the conditions that determine the degree of vulnerability of the child to violence in media and the desire to mimic aggressive behavior and also forms of cognitive restructuring the moral content of aggressive and deviant behaviour.

The negative consequences of perceiving violence expressed in behaviour, emotional state and cognitive image of the world of children are determined. The effects of adolescent perception of information of sexual content are revealed. Age features of experiencing fears in children aged 3-18 years are shown.

Conclusion. Perceiving violence in the information space by children and adolescents creates risks of mimicking aggressive behaviour, fears and increased anxiety, desensitization to phenomena of violence and aggression and distortion of the worldview, when violence is perceived as a compulsory and natural regulation of relations between people in society. Factors influencing the nature of the perception of violence include age factor, individual psychological and personality features, motives and preferences, genre of information products and the context within which violence is depicted.

Актуальность тематики статьи обоснована высокой значимостью СМИ как института социализации нового поколения в современном информационном обществе. Наряду позитивными возможностями, создаваемыми СМИ и сетью Интернет для развития и обучения, необходимо указать на нарастание рисков, связанных с неоднозначностью их воздействия на психическое и психологическое здоровье и развитие детей и подростков.

Цель статьи – анализ результатов зарубежных и отечественных исследований особенностей восприятия медиапродукции детьми и подростками и негативных эффектов ее воздействия на их психическое развитие, поведение и эмоциональный статус.

Описание хода исследования. В статье рассмотрены риски социализации подрастающего поколения, связанные с открытостью и доступностью информационного пространства. Раскрываются психологические особенности восприятия детьми и подростками информационной продукции, содержащей агрессию и насилие, индуцирующей страхи и тревожность, информационной продукции открытого сексуального содержания, а также используемых в СМИ приемов морального оправдания асоциального, девиантного, агрессивного поведения и насилия.

Результаты проведенного анализа позволили установить условия, определяющие степень уязвимости ребенка к медианасилию и вызывающие у него стремление подражать агрессивному поведению, и формы когнитивного переструктурирования им морального содержания агрессивного и девиантного поведения. Определены негативные следствия восприятия насилия, которые находят выражение в поведении, эмоциональном состоянии и когнитивном образе мира детей. Выявлены эффекты восприятия подростками информации открытого сексуального содержания. Показаны возрастные особенности переживания страхов детьми в возрасте 3–18 лет.

Выводы: Восприятие детьми и подростками насилия в информационном пространстве порождает риски подражания агрессивному поведению, страхов и повышенной тревожности, десенсибилизации к явлениям насилия и агрессии и искажению мировосприятия, когда насилие воспринимается как необходимая и естественная норма отношений между людьми в обществе. К факторам, влияющим на характер восприятия насилия, относятся возрастные особенности, индивидуально-психологические и личностные характеристики, мотивы и предпочтения, жанр информационной продукции и контекст изображения насилия.

Authors / Авторы: Karabanova, O. A. / Карабанова О.А.  ; Molchanov S.V. / Молчанов С. В.

Собкин В.С., Федотова А.В. Подросток в социальных сетях: к вопросу о социально-психологическом самочувствии // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 23-36

Sobkin V.S., Fedotova A.V. (2018) Adolescent in social networks: on the issue of social psychological well-being. National Psychological Journal. 3, 23-36.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. Digital technologies have long become an integral part of everyday life. Internet and Social Networking Sites (SNS) are considered to be one of the socialization institutions along with traditional school and family.

Objective. The research is concerned with studying the peculiarities of teenagers’ social psychological well-being when using SNS. The analysis aims at revealing the impact of demographic, social stratifying and social psychological factors on the type of adolescent self-performance at SNS, their attitude towards regulations of interaction at SNS, their concern about potential risks and also opinions about the effects of SNS socialization on their personality.

Design. The paper is based on the results of 2074 school-aged adolescent survey conducted in 2016 in Moscow region, Russia.

Results. According to the survey, the adolescent well-being when using SNS depends on the type of their self-presentation. The data showed that affective significance of social networking for adolescents who seek the attention of the strangers produces a negative impact on their emotional well-being: those who refer to their SNS profile as “provocative” are more likely to feel the “addiction to virtual interaction and other’s opinions” – 17.4% (mean 7.1%; p≤ .0004), being disturbed by “more popular profiles” – 21,7% (mean 4.2%; p≤ .00001).

Conclusion. The survey showed that nowadays adolescents deem the SNS as the most important communicative field where the fundamental age-related changes take plaare foundce. The tendency to expand social contacts by means of virtual communication was found to produce negative impact on adolescent personal development and social interaction in real life.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Цифровые технологии сегодня являются неотъемлемой частью повседневной жизни. Интернет, и в частности, социальные сети, рассматриваются многими исследователями как особый институт социализации наравне с такими традиционными институтами, как семья и школа.

Цели исследования. Настоящее исследование посвящено изучению особенностей социально-психологического самочувствия подростков при взаимодействии в социальных сетях. Анализ полученных материалов дает возможность выявить влияние социально-демографических, социально-стратификационных и социально-психологических факторов на своеобразие самопрезентации подростков в интернете, на их отношение к нормам, регулирующим взаимодействие в сети, на оценку возможных страхов и угроз, а также воздействие общения в сети на их личностные изменения.

Описание хода исследования. Статья основана на материалах анкетного опроса 2074 учащихся основной и старшей школы. Опрос проводился среди школьников Московской области в 2016 году.

Результаты исследования. Материалы исследования показали, что особенности самопрезентации влияют на самочувствие подростков при пользовании социальными сетями. Выявлено, что аффективная значимость сетевого взаимодействия для подростков, стремящихся привлечь внимание незнакомых пользователей, негативно сказывается на их эмоциональном самочувствии. Те, кто считает свою страницу «провокационной», чаще указывают на «зависимость от виртуального общения и чужих оценок» – 17,4% (среднее – 7,1%, p≤ .0004), а также на то, что их «раздражают более популярные страницы» – 21,7% (в среднем – 4,2%, p≤ .00001).

Выводы. Проведенное исследование показало, что социальные сети становятся для современного подростка тем важнейшим коммуникативным пространством, где реализуются фундаментальные возрастные изменения, связанные с социализацией. При этом стремление к расширению своих социальных связей с помощью виртуальной коммуникации часто негативно отражается на особенностях личностного развития подростка, его взаимодействии с реальным окружением.

Authors / Авторы: Sobkin,Vladimir S. / Собкин В.С. ; Fedotova A.V. / Федотова А.В.

Солдатова Г.У., Теславская О.И. Особенности межличностных отношений российских подростков в социальных сетях // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 12-22

Soldatova G.U., Teslavskaya O.I. (2018) Interpersonal relations of Russian adolescents in social networks. National Psychological Journal. 3, 12-22.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. In the period of adolescence, friendship plays the key role for developing the adolescent personality, for determining their psychological well-being now and for further living. There is lack of data about the actual size of their online friend zone, adolescent perception of real and virtual friendship, and factual features of their relationships with different categories of users, primarily with virtual friends, who adolescents communicate only in the Internet.

Objective. The quantitative research of the online circle of contacts of Russian adolescnts in social media, their perceptions of real and virtual friendship, and regular features of their communication with real friends and acquaintances, and virtual friends.

Design. The survey among adolescents from Moscow, Russia, and Moscow region, Russia, was conducted (N=366, aged 13-16 years old) using the questionnaire of 43 questions about their friend list size and number of online followers; youths’ relationship with real friends and acquaintances, and virtual friends; the method of the unfinished sentences with the following content analysis aimed to investigate adolescent perception of real and virtual friendship. For comparison, we also used data of the All-Russian survey Kids Online II (N=604) conducted by the Foundation for Internet Development (2010).

Results. The results show that 50% of adolescent contacts (aged 15–16) and 43% aged 13–14 outweighs the lower limit of the Dunbar number (100 social connections). Thus, they are almost equivalent to the quantity of social contact of an adult. Friend zone extension occurs due to real friends and acquaintances, and ‘unknown’ virtual friends (whom the adolescent has not seen in real life), hence raising the issue of such relationships’ quality. The results of the content analysis of adolescent answers about differences between real and virtual friendship show that real friendship is more important to them as it contains Direct interpersonal contact (tactile and visual), Emotional exchange, Trust, Co-Activities, Mutual support. Virtual friendship has been characterized through absence, significant lack and/or negative inversion (e.g. from Trust to Mistrust) of these components. Simultaneously, each second youth has virtual friend, whom he/she trusts enough to share private topics, so that such virtual friends play the role of ‘by chance companions’. Adolescents discuss with them life problems and conflicts with parents (35%), real friends and teachers (51–53%), and also their beloved ones (47%).

Conclusion. The number of online social connections among adolescents exceeds the lower limit of the Dunbar range, comparing with similar indicators in adults. Expansion of the virtual circle of communication occurs both at the expense of real friends and acquaintances, and virtual friends unfamiliar to the child in everyday life, which puts the question of the quality of these relations. Virtual friends act in the role of "casual fellow travelers", because with their help adolescents satisfy the needs for intimate contact. This happens even though the children themselves are aware of the disadvantages of online communication compared to offline relationships. The phenomenon of a virtual friend, therefore, occupies one of the key places in the system of interpersonal relations of a modern adolescent and requires further study. On the whole, the phenomena of the ‘unknown friend’ holds one of the key places in the adolescnet system of relationships, thus requiring special research.

Актуальность ( контекст ) тематики статьи. С развитием онлайн-технологий дружеские отношения подростков переместились в социальные сети, которые способствуют расширению их круга общения за счет виртуальных знакомств. При этом отмечается нехватка данных о размере социальной сети онлайн-контактов подростков, их представлений о реальной и виртуальной дружбе, сведений о фактическом характере их отношений с различными категориями интернет-пользователей, в первую очередь – виртуальными друзьями, общение с которыми происходит исключительно в интернете.

Цель. Количественный анализ круга контактов российских школьников в социальных сетях, их представлений о дружбе в реальном и виртуальном мире и особенностей их общения с реальными друзьями и знакомыми, а также виртуальными друзьями.

Описание хода исследования. Проведено анкетирование с использованием авторского опросника (43 вопроса), включающего: вопросы о количестве друзей и подписчиков в социальных сетях; взаимоотношениях подростков с реальными друзьями, знакомыми и виртуальными друзьями; методику «незаконченные предложения» о различиях реальной и виртуальной дружбы. Сбор данных осуществлялся в рамках образовательного проекта «Предметные сборы: Малая академия Подмосковья, школах г. Москвы и области. В исследовании приняли участие юноши и девушки 13–16 лет (N=366). Для сравнительного анализа использованы данные исследования Kids Online II, проведенного Фондом Развития Интернет (2010) на подростках 13–16 лет (N=604).

Результаты исследования. Результаты контент-анализа ответов показали, что реальная дружба для подростков имеет большую значимость из-за присутствия в ней Непосредственного контакта, Эмоционального обмена, Доверия, Совместного времяпрепровождения, Взаимопомощи. Виртуальная дружба, с точки зрения детей, характеризуется отсутствием, нехваткой либо негативной инверсией (из доверия – в недоверие, из безопасности – в небезопасность) данных компонентов в виртуальной дружбе. При этом каждый второй подросток имеет виртуального друга, с которым делится переживаниями по поводу отношений с родителями (35%), друзьями и учителями (51–53%), возлюбленными (47%).

Выводы. Количество социальных связей онлайн у школьников превышает нижнюю границу диапазона Данбара, сравниваясь с аналогичными показателями у взрослых. Расширение виртуального круга общения происходит как за счет реальных друзей и знакомых, так и незнакомых ребенку в обычной жизни виртуальных друзей, что ставит вопрос о качестве данных отношений. Виртуальные друзья выступают в роли «случайных попутчиков», поскольку с их помощью школьники удовлетворяют потребности в близком общении, вплоть до интимного. Это происходит даже несмотря на осознание самими детьми недостатков общения онлайн по сравнению с оффлайн-отношениями. Феномен виртуального друга, таким образом, занимает одно из ключевых мест в системе межличностных отношений современного подростка и, безусловно, требует дальнейшего изучения.

Authors / Авторы: Soldatova, Galina U. / Солдатова Г. У. ; Teslavskaya O.I. / Теславская О. И.

Емелин В.А. Киберкультура и сетевое либертарианство // Национальный психологический журнал. – 2018. – №3(31). – С. 3-11

Emelin V.A. (2018) Cyberculture and network libertarianism. National Psychological Journal. 3, 03-11.

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Background. Since the end of the 60s of the 20th century, the development of digital technologies has initiated the emergence of a vriety of intellectual movements that shaped the "sociocultural metasoft" of the information society, i.e. cyberculture.

The Objective of the paper is 1. to consider the phenomenon of cyberculture as a consequence of the developed digital technologies in the information society, 2. to show that cyberculture is intertwining ideologies of subcultures whose hallmark is the belief in the boundless possibilities of computer technology in terms of realizing individual freedom.

Design. The paper shows that historically the development of ideological movements of information and network technology users overlapped the postmodern worldview that has become a reflection of the social cultural and technological realities of the information society. The term "libertarianism" is suggested to characterize the ideology of the network community, whose slogan is "information wants to be free". As an illustration of the social cultural implications of digital technologies, the ideology of hackers is highlighted. The later cyberpunk movement which shaped a science fiction trend where human and technological issues are melded and brought to the fore. Cyberpunk should not be identified only with young generaion or science fiction trend, but rather should be deemed as a lifestyle in which computers, network technologies and virtual reality hold a special place.

Conclusion. It should be borne in mind that network libertarianism fueled by postmodern relativism and poststructuralist rhizomorphism turns into traps of total depreciation, becomes an obstacle to the realization of personal choice and promotes development of pathological forms of identity.

Актуальность (контекст) тематики статьи. Начиная с конца шестидесятых годов прошлого века, развитие цифровых технологий стало инициировать возникновение ряда интеллектуальных движений, сформировавших «социокультурный метасофт» информационного общества – киберкультуру.

Цель работы рассмотреть феномен киберкультуры как следствие развития цифровых технологий информационного общества. Продемонстрировать, что в киберкультуре сплетаются идеологии различных субкультур, отличительной чертой которых является вера в безграничные возможности компьютерной техники в плане реализации индивидуальной свободы.

Описание хода исследования. В статье показывается, что исторически формирование интеллектуальных движений, выражающих идеологию пользователей информационных и сетевых технологий, совпало с распространением постмодернистского мировоззрения, ставшим отражением социокультурных и технологических реалий информационного общества. Предлагается применить термин «либертарианство» для характеристики специфики идеологии сетевого сообщества, лозунгом которой стал призыв «информация хочет быть свободной». В качестве иллюстрации социокультурных импликаций цифровых технологий описывается идеологии хакеров, а также более позднего движения «киберпанк», сформировавшего особое направление в научной фантастике, где на передний план выводится проблема взаимопроникновения человеческого и технологического. Отмечается, что киберпанк не следует отождествлять только с молодежным движением или направлением в научной фантастике, а скорее следует рассматривать как стиль жизни, в котором особое место занимают компьютеры, сетевые технологии и виртуальная реальность.

Выводы Следует иметь в виду, что сетевое либертарианство, вдохновленное постмодернистским релятивизмом и постструктуралистским ризоморфизмом, оборачивается ловушками тотального обесценивания, становится препятствием для осуществления личностного выбора и способствует развитию патологических форм идентификации.

Authors / Авторы: Emelin, Vаdim A. / Емелин В.А.

Семенов И.Н. Социокультурная рефлексия столетнего развития российской психологической науки: к 100-летию советской психологии(1918—2018). // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. — 2018. — №4 — с.4-31

Semyonov I.N. (2018). Russian psychology hundred-year development, sociocultural re ection: To the centenary of Soviet psychology (1918—2018). Moscow University Psychology Bulletin. Series 14. Psychology, 4, 4-31

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Relevance. Due to centennial anniversary of soviet psychology, we would like to make analysis for the history of its institutional and subject formation within the context of Russian human study evolution, including its prerequisites before revolution and after-soviet development.

Objective. Characterize briefly, within the context of reflexive science studies and art process personology, psychology development directions and institutions, role of key scholars, summarize major achievements, including unique identity of soviet psychological science.

Methods. Analysis for subject and institutional aspects of Russian psychology evolution, describing institutions where major schools were residing and where key leaders and participants fulfilled their duties.

Results. First part contains and depicts science studies and institutional approach on presenting the historical span of Russian psychology. Second part depicts evolution of institutions, leaders’ succession and interaction of schools and directions established. Final part contains generalized conclusions on development logics and achievements of soviet psychology as preconditions to further after-soviet establishment of contemporary (Russian) psychology.

Conclusions. Soviet psychology based human studies existing before revolution legitimately succeeds the preceding evolution phase and provides evident basis for further development of psychological science during after-soviet period. Soviet scholars have developed ample materialist-dialectic methodology for study of psyche, which is the system of psychological knowledge from perspective of activity approach that had quite peculiar impetus on contemporary psychology. Currently legacy of soviet psychology interacts broadly and assimilates with foreign up-to-date approaches within the context of XXI century challenges.

Актуальность. В связи со 100-летием советской психологии представляется актуальным проанализировать историю ее предметно-институционального становления в контексте эволюции российского человекознания, включая его дореволюционные предпосылки и постсоветское развитие.

Цель работы. Краткая характеристикас позиций рефлексивного науковедения и персонологии творчества институций и направлений развития психологии, роли в нем ведущих ученых, а также обобщение их основных достижений, в том числе выражающих уникальное своеобразие советской психологической науки.

Метод. Институционально-предметный и персонологический анализ эволюции российской психологии путем описания эволюции тех учреждений, в рамках которых возникали ее основные научные школы и исследовательские направления, а также осуществлялась научная деятельность их лидеров и участников.

Результаты. В первом разделе статьи очерчен институционально-науковедческий подход к описанию панорамы истории российской психологии. Во втором разделе кратко представлена эволюция ее институций, смена лидеров и взаимодействие созданных ими направлений и школ. В заключение сформулированы выводы в виде обобщения логики развития и основных достижений советской психологии как историко-научных предпосылок дальнейшего становления постсоветской современной психологической науки.

Выводы. Советская психология, отталкивающаяся от дореволюционного человекознания, является закономерным периодом эволюции российской науки и конструктивной предпосылкой развития ее постсоветского этапа. Разработав диалектико-материалистическую методологию подхода к изучению психики, советские ученые построили систему психологического знания с позиций системно-деятельностного подхода  и внесли оригинальный вклад в мировую психологическую мысль. Ныне это наследие советской психологии развивается во взаимодействии с ассимиляцией зарубежных достижений в контексте цивилизационных вызовов ХХIв.

Authors / Авторы: Semionov I.N. / Семенов И.Н.

К 100-летию Зои Алексеевны Решетовой. // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. — 2018. — №4 — с.196-197

To the 100th anniversary of Zoya Alexeevna Reshetova. (2018). Moscow University Psychology Bulletin. Series 14. Psychology, 4, 196-197

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Article, written to the 100th anniversary of Zoya Alexeevna Reshetova

16 декабря 2018 г. состоится выдающееся событие для отечественных психологической и педагогической школ — 100-летний юбилей Зои Алексеевны Решетовой— доктора психологических наук, профессора факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова.

Authors / Авторы: The staff of the faculty of psychology / Коллектив факультета психологии

Шелина С.Л. О роли организационной составляющей в процессе формирования действий с заданными свойствами. // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. — 2018. — №4 — с.164-177

Shelina S.L. (2018). The role of the organizational component in learning the actions with posited properties. Moscow University Psychology Bulletin. Series 14. Psychology, 4, 106-119

Abstract | Резюме | Article | Текст статьи | Keywords | Ключевые слова

Relevance.The effectiveness of the method of the gradual formation of intellectual actions, which was developed by P.Y. Galperin and his followers, has been repeatedly proved in research. However, several questions remain open, and their solution is very likely to facilitate an active implementation of the ideas of this scientific school in pedagogical practice at large. Among such questions is the issue of the mechanisms of ‘teaching the actions with specified properties’.

Objective. 1) to analyse the results of the forming experiments in order to reveal the occurrences of change during the acquisition of the original structural organization of an action, 2) to provide a detailed rationale for the necessity to examine the role of the activity organization component in teaching intellectual actions with specified properties.

Method. The analysis on the proposition of the system approach that the object’s observed property is to be viewed as a result of the interactionamong the system elements. 

Results. Three types of organizational changes have been observed in the course of acquisition by the student: 1) the restructuring of the action; 2) the restructuring of the relations in the set of interrelated actions; 3) the change of the original co-organization of the acting subjects.The hypotheses are made:1) about the existence of a functional link among the types of the action organization changes that have been identified; 2) about the existence of a prototypical organizational form that predetermines the way in which an acquirable intellectual action is structured.

Conclusion. The examination of the new research hypotheses will contribute to further understanding of the formation of the actions with specified properties.

Актуальность. Результативность метода поэтапного формирования умственных действий, разработанного П.Я. Гальпериным и его последователями, была многократно подтверждена в исследовательской практике, но остались некоторые открытые вопросы, решение которых обеспечит возможность активного внедрения наработок этой научной школы в широкую педагогическую практику. К числу таковых относится вопрос о механизмах  «воспитания действий с заданными свойствами».

Цели работы. 1. Проанализировать результаты формирующих экспериментов с целью выявления фактов изменения исходной структурной организации действия (группы действий) в процессе его (ее) освоения. 2. Дать развернутое обоснование необходимости исследования роли организационной составляющей активности в процессе воспитания умственных действий с заданными свойствами.

Метод. Анализ в опоре на положение системного подхода, согласно которому наблюдаемое свойство объекта рассматривается как проявление взаимовлияний элементов единой системы.

РезультатыВыявлено 3 типа организационных преобразований действия по мере его освоения учеником: 1) переструктурирование самого действия (в  процессе развития от предметно-действенной формы к действию, выполненному во внутреннем плане); 2) переструктурирование связей комплекса сопряженных действий; 3) изменение исходной формы соорганизации субъектов (от этапа совместного с учителем формирования схемы ООД до этапа присвоения действия учеником). Были выдвинуты гипотезы: 1) о наличии функциональной связи между выявленными типами организационных изменений действия; 2) о возможности существования прототипной организационной формы, предопределяющей характер структурирования осваиваемого умственного действия.

Выводы. Проверка возникших в результате проведенного анализа исследовательских гипотез позволит продвинуться в понимании процессов формирования  действий с заданными свойствами.

Authors / Авторы: Shelina S.L. / Шелина С.Л.


Страницы: 1 2 3 4 5 ... 125 След.

There are new articles from the «Moscow University Psychology Bulletin»/ Новые статьи «Вестника Московского университета. Серия 14. Психология»

30.03.2015

We are glad to inform you that the new issue of the journal "Moscow University Psychology Bulletin" - 1, 2015 - was released. Carrent Issue: http://msupsyj.ru/en/articles/volumes/2015_1.php

Мы рады представить вам первый номер «Вестника Московского университета. Серия 14. Психология» за 2015 год. http://msupsyj.ru/articles/volumes/2015_1.php

There are new articles from the «National psychological journal»/ Новые статьи «Национального психологического журнала»

30.03.2015

We are glad to inform you that the new issue of the journal "National psychological journal" - 1(17), 2015 - was released. Carrent Issue: http://npsyj.ru/en/articles/volumes/17_2015.php

Мы рады представить вам первый номер «Национального психологического журнала» за 2015 год. http://npsyj.ru/articles/volumes/17_2015.php

About / О проекте New / Новое All material / Все материалы News / Новости Contacts / Контакты
© 2012 — 2019 Psychology. Online abstract digest of psychological sciences

/ ПСИХОЛОГИЯ. Реферативнй интернет-дайджест психологических наук